January 27th, 2015

Крым.2014. 29

Канал «Вести-24» скорбел о фотографе Стенине. Во Франции собралось, то ли десять, то ли пятнадцать человек, которые, в общем, были за свободу прессы и слова и, в частности, требовали у Киева отпустить на свободу фотографа. Впечатление - Киев и сам точно не знает, что стало со Стениным. На чем ловят простодушную публику? Через ряд нехитрых переходов «свобода слова» приводит не только к исчезновению журналистов. Гибнут сотни, а иногда и миллионы «простых граждан» (так называемых «мирных жителей»). Когда идет война, мирных и немирных людей не существует. Нет женщин, стариков, детей. Есть объекты, в которых бьется жизнь. Война - инструмент, с помощью которого это биение прекращается. Властвует смерть, а поскольку эта «дама» не слабее «старушки» жизни, то неизбежно возникают фотографы, кинооператоры, писатели и репортеры, которым самое интересное - описывать жуткую схватку этих сущностей. И еще. Освобождение не есть свобода. Освобождение (как и закрепощение) есть процесс. Освобождаясь (или попадая в кабалу), ты не свободен от непосредственного «процесса». Эти чудики во Франции - чего хотят? Поучаствовать в «процессе» или добиться для зажатого человека свободы. Осмелюсь произнести: только смерть дает абсолютную свободу. Всякие прочие «процессы» есть лишь интерпретация неполных свобод-несвобод.

На хохляцком канале «Интер» рассказывали о зверствах ополченцев. Мол, террористы, сброд со всего мира. Инструкторы из России. Пушки и танки - оттуда же. Во весь экран истерично вопящие тетки и скорбные деды. Сообщают - свобода хороша. Незалэжная Украина - прекрасно. Проклятые москали зверствуют. Орут, взвизгивая, некие солдатские матери возле Верховной Рады. Они требуют (как это выходит в интерпретации российских каналов) не вернуть их сыновей и мужей домой, а дать им хорошие бронники, крепкие каски и исправные пулеметы. Матери разных подходов единодушны в одном - детей начальства - на фронт. И с той, и с другой стороны яростно клянут неких абстрактных «олигархов», которые «кровь пьют». «Интер» рассказывает о толстом полтавском военкоме. Тот будто бы что-то доброе сказал о Путине. Дескать - вот мужик, не то, что наши «Яйценюхи». Хохлы обозвали вояку «предателем», «пособником». На экране - толпа. Придурки в балаклавах орут - выходи, военком, разбираться с тобой будем. В пользу России то, что скоро зима. Газа Украине не хватит. Украина запасает дрова, растит бамбук и рубит мебель. В пользу Путина то, что обезумевшие матери не плачут над гробами своих сыновей на просторах России. Так всегда было. Вологодская область самая пострадавшая от войн. Как и Горьковская, Ярославская, Брянская, Тульская. На Вологодчине двенадцать процентов от мужского населения выкошена была в Великую Отечественную. По СССР в среднем - пять процентов. Как бойня, так сытенькие обеспокоены - как бы увильнуть от срочной. В России - наоборот - куда поскорее пойти записаться на службу, встать в строй. Сейчас в это теплое место нас и лупят - как бы искоренить эту дурную привычку. На Украине это свойство искоренили - и вот вам армия, которая не боеспособна. Даже такая сильная вещь, как нацизм, не поможет надолго возбудить воинственный дух бандеровцев. В России, в этой угасающей империи, остатки желания немедленно встать в строй, бесплатно повоевать, восстановить справедливость еще теплятся. Путин их бережет. В расход не пускает. И у него есть нефть, газ, золото и пресная вода.