June 27th, 2014

Выставка. 11

День перевалил экватор. Канашские ватрушки съедены в половине восьмого утра. Жрать охота. Впереди - Ваганьковское. Задание по Донскому монастырю отработано. Осталось завершить обход стен. Снаружи, у северной стены, - огромное здание. Инженерный факультет Университета дружбы народов. У входа и у стены монастыря толпятся возбужденные студенты. Негры, которые, став машиностроителями, до своего родного Конго или обожаемого Зимбабве вряд ли когда-нибудь доберутся. В Москве эти здоровенные «угольки» раздают у подземных переходов эротические журнальчики с адресами борделей. Далее - отдел социальной защиты. Крыльцо, девушки в меховых шубках, много чего повидавшие, курят. Ногти ярко накрашены. Неужели с подобным вызывающим лаком они выносят горшки за умирающими старухами?

Выскакиваю на хорошо знакомой станции «Баррикадная». План: маленький магазинчик, литр кефира, два-три больших коржика (рублей в семьдесят уложусь). Пристаю к солидным людям: как пройти на кладбище, одновременно в молочный магазин. Старушка (жертва наманикюренных соцработниц) весело отвечает: «Милый! На кладбище тебе рано. Молочная лавка вот она, за поворотом!» Малюсенький магазинчик на первом этаже, в однокомнатной квартире блочного высотного дома, неискренне названный «Свежее молочко». Молоко, хлеб, колбаса. Московские тетки омерзительно долго копаются в вареной продукции. Куски одинаковые, но кумушки противными голосами мучают толстую деваху в белом кокошнике: «Нет! Не то! А вот этот кусочек покажите, пожалуйста!» Мужественная продавщица с улыбкой, напоминающей девяносто шести-процентный уксус: «Пожалуйста! Вот еще… Или этот кусочек… Смотрите. Хорош? Нет! Пожалуйста, пожалуйста, мне не трудно. Покажу вам еще палочку». Будь моя воля, этих привередливых московских мещанок вышиб бы из лавки одним пинком, а палку колбасы засунул бы им в… Ну, сами знаете куда. И еще: если бы можно было извлекать яд из тяжелейшей атмосферы этого неприятного торга, яд был бы покрепче кураре. В соседнем окошечке: молоко, хлеб, пряники. Тут-то хоть отдохну, взгляд у ококошенной тетки злой. Сразу видно, что меня, покупателя, белохалатная терпеть не может. Не скрывает этого. Так это знакомо, так привычно и приятно. Заказываю литр кефира, прошу тульский пряник (помнится, в ларьке такие идут по двадцать рублей). Небрежная торговка заявляет: «С вас сто двадцать рублей». Я: «Что? Кефир же - пятьдесят?» В ответ: «Правильно. И пряник семьдесят. Сейчас - пост. Спецпряники, для тех, кто постится». Решительно отказываюсь от пряника за семьдесят рублей. Настаиваю на половинке буханки белого хлеба. Мне отпускают хлеб с чрезвычайным выражением лица. Не стерпел: «Вы лучше пряники втюхивайте не под видом поста, а в честь присоединения Крыма!» Торговка: «Что сказал?» Я: «В честь великой победы Путина пряники теперь можете продавать по сто рублей, литр молока - за пятьдесят, картошку - рублей по шестьдесят за кило». Какая разница! Все равно убогим россиянам поститься придется круто - хоть с той стороны, хоть с этой.

На улице слегка распогодилось. Небо полегчало. Дворы - чистые. В урнах почти нет мусора, и пластиковый стаканчик найти долго не удается (в «Свежем молочке» стаканчики продавали только в упаковке, сразу десять штук). В Чебоксарах старухи-сериальщицы, дожидаясь очередной серии, бездельничают на лавочках возле подъездов. Разговор ни о чем идет часами. В московских дворах: бетон, подъезд с хитрым кодовым замком, стальная дверь, окна зарешечены, и никаких лавочек, ни одной кумушки. Нашел редкие гаражи. Что-то разрыли. Вывернута плита из земли. Расстилаю газетку и присаживаюсь. Не устающий гул города. Вокруг здания в шестнадцать этажей. И - удача: за плитой пустая бутылка из-под недешевой водки «Парламент». Пластиковые стаканы в невысохших каплях алкоголя. Если водка, то зараза маловероятна. Кефир - в водочный стакан. Краюху - напополам (и счастье - свежая, мягкая). Холодный кефир приятно бередит горло. Жую. Думаю. На Украине - Запад с Киевом памятники Ильичу сносят. Донбасс и Харьков - народ жмется к изваяниям вождя, который вмиг вновь стал родным. Харьков с шахтерами несколько месяцев не возбухали против Майдана. Ждали, когда дикари с Запада дадут пинка Януковичу. Про Россию на Востоке говорят: в России воровство покруче нашего будет. А облегчения для рабочего человека не будет. Поэтому - независимая республика Донбасс. И требование - национализация крупных предприятий. И алых, советских, флагов больше, чем всех остальных. Уже забастовки. Уже бьют штрейкбрехеров. Требование - долой местных, толстопузых. Они, эти поднимающиеся рабочие с Украины, русским буржуям нужны? Не нужны. Русские толстобрюхие работяг с Донбасса боятся и ненавидят не меньше, чем толстобрюхие украинские фашисты. Нашим богатеньким нужна маленькая заварушка на границе. А вот того, что есть в Донбассе, в Кузбассе и на «Уралвагонзаводе», им никак не желательно.

Пообедал. Вдали желтеет вход на Ваганьковское кладбище.

Между прочим

Между прочим, субсидии и льготы оплачиваются в пределах социальных нормативов. Но почему-то при этом оплата ОДН в перечень услуг, по которым граждане получают льготы, не входит. ОДН по воде в доме быть не может вообще, а по электроэнергии – это освещение мест общего пользования. Однако в тот период, когда ОДН начислялись в огромных размерах, выходило, что освещение мест общего пользования обходилось в два-три раза дороже, чем использование электроэнергии в частной квартире. А там кроме лампочек имеется бытовая техника.

Всероссийское возмущение данными поборами дошло до правительства РФ. Появилось постановление Кабинета министров от 16.04.2013 №344, в котором ОДН были ограничены путем введения нормативов. Жильцы немножко успокоились. Однако управляющие компании, перестав получать доход в виде ОДН (а это именно доход, так как запредельные цифры ОДН могут быть лишь в случае ненадлежащей услуги по управлению МКД), были крайне недовольны. Чтобы возместить потери от сокращения ОДН, им нужно было активнее работать с должниками, протекающими трубами, незаконными подключениями. В ином случае приходилось оплачивать свои недоработки из собственного кармана, а не из кармана добросовестных плательщиков.

У наших соседей, в частности в Республике Татарстан, Кабинет министров интересы управляющих компаний поставил выше интересов потребителей услуг. Возникает вопрос: почему нельзя повышать свои полномочия в целях защиты прав граждан, но с легкостью можно их превысить в целях защиты интересов УК? Надо отметить, что прокуратура и Госжилинспекция не всегда проявляют должную реакцию на попытки увеличения ОДН.

Мелочь, но неприятно

Недавно приняли закон – повысили налоги на средства передвижения. Минфин убеждал, что все деньги, которые будут получены с владельцев авто, пойдут на ремонт и строительство дорог. Мне отчего-то не верится в это. Сколько лет улица Якимовская, на которой я проживаю, не ремонтируется, а пребывает в ужаснейшем состоянии, несмотря на то, что поток транспорта на ней беспрерывен.