April 29th, 2014

Питер. 2013-2014. 31

Жилин - здоровый красавец, в черном смокинге сидел за роялем. Игра - изумительная и с подвохом: знакомая тема из классики. Музыкант наигрывает эти отрывки легко, высоко подняв голову к сияющим люстрам. Роскошная ударная установка - черная, праздничная, в медных тарелках. И - пустая. Жилин в одиночку раскачивает хорошо известные мелодии из Моцарта, Чайковского. Даже песни Дунаевского проскальзывают. Джазист выхватывает нотку, она же служит ему мостиком, что позволяет перескочить с одного мелодического потока в другой. Потоков-мостиков под длинными пальцами появляется все больше. Это не ритм организма (он-то как раз все сильнее разламывается музыкантом). Это дорога к ритмическим построениям, что начинают работать сами по себе. Животное подвержено простейшим ритмам, чувствует их, а человек мнит себя великим, будто бы осознавая самого себя. Жилин развел ловкую спекуляцию звуками на территории ритма не как функции, а как самодовлеющего начала. Вот он - великий магистр музыкального пространства (и более того, намеком - самого мира), ломает ритмические рисунки хорошо известного. Вот по «кочкам» выбивающихся сквозь звуковой ряд обозначенных нот скачет, выставляя в первый ряд ритм ради ритма. С этого начинается так называемая импровизация. Вступительные аккорды «Сороковой симфонии» Моцарта оплывают, как мороженое на солнце. Первые ноты «Полонеза» Огинского разбухают, как венозные старческие ноги. Зал, заполненный публикой, чутко улавливает - музыкальный стриптиз начинается. Крепнут нездоровые ритмические всполохи, музыки уже нет. Она разбита - и только мелкие осколки, словно от рухнувшей хрустальной люстры, со звоном разлетаются по паркету. Только рухнувшая люстра - это продолговатый хищный рояль. Жилин, словно Воланд, идущий по световому лучу, - торжественен и строг. Он бросает вызов всем уверовавшим в то, что музыка дает возможность человеку, преодолев ограниченные физические формы, глянуть краем глаза на божественный смысл. Святого нет - гордо доказывает джазист. Черный барабан поблескивает лаком, подтверждая - так, Жилин, так. Неожиданно возникает тощий ударник - с козлиной бороденкой и лысый. Он вскакивает за ударные. Вот средь звона рояльных трелей разливается трескучее барабанное соло. Вот оно настоящее упоение ритмом ради ритма. Сладкие туши приятных для слуха мелодических сочетаний джазисты, как мясники со скотобойни, обдирают. Куски мяса разлетаются в стороны. Люстры в зале горят уже не серебром, а несвежим, жирным золотом. Чудится, что от них исходит тяжкий чад. Белые колонны филармонического зала расселись, потолстев, опухли, растрескавшись. Красные диваны, кресла, на которых сидит публика, стали живыми, бордовыми, тяжело заколыхались. Лица зрителей исчезли. Не видать ни женщин, ни мужчин. Серые пятна. Пустые черные глаза-кругляшки. И раззявленные рты, как у Мунка на картине «Крик». К концу первого отделения пальцы Жилина бешено носились по клавиатуре. Сам он дергался с бледным, надменным лицом, словно подстреленный, потерявший много крови. Появился толстенький бас-гитарист. Господство ритма ради ритма стало подавляющим, бесспорным. Пианист, собственно, стал лишним. Он убрал руки с клавиатуры, откинулся назад, сидел, притаившись. Выскочил мужик с пухлой закорючкой саксофона. Саксофон немедленно встроился в ритм-секцию, подчинившись. Хрипло рявкал в местах наиболее полного ущерба для цветущей клумбы, что когда-то называлась музыкой. Когда речь идет о музыке, то неизбежно речь заходит о Боге. Или о его отсутствии.

Во втором отделении «Фонограф» поставил жирную точку в разговорах о высших целях музыки. На сцену вывалилось множество мужиков. Рубах нет. Одни жилетки в полоску. Круглые канотье на крепких головах. Галстуки-бабочки на смуглых жилистых шеях. Тромбоны, альты, саксы и круглые, цвета слоновой кости, банджо. Ухал бас: «Бога нет, бога нет, бога нет…» В моей голове, словно басовые ноты, взрывались артиллерийские залпы броненосцев. На прославленной сцене питерской филармонии гремел костями страшный скелет самой сладкой человеческой иллюзии - музыки.

Мелочь, но приятно

Утро выдалось с «татарским» ароматом. В большом зале Дома правительства давали представление – праздничную конференцию в честь 20-летия Госсовета ЧР. Солировали приезжие. Депутат из Татарстана Ягудин выступал вкрадчиво, мягко, но основную партию выдерживал железно. Татарскому государству на территории Российской Федерации – быть. На этом фоне бледно выглядели представители чувашской власти. Знали - из Конституции ЧР даже слово «государство» исчезло непонятным образом.

Торжественное мероприятие еще не кончилось, а мне пришлось выехать по делам. На перекрестке проспекта Ивана Яковлева и улицы Ленинского комсомола имеется хорошо знакомая всем автозаправка «Татнефти». Татарские друзья придумали оригинальный рекламный ход – на территории бензозаправок размещают фигуры различных животных – лошадок, лебедей. А на той заправке, возле которой оказался я, уже два года лежит белоснежный барс из папье-маше. Еще год назад этот хищник был тощий, а нынче смотрю – стал толстый, круглый, самодовольны        й. Невольно закралась мысль, что татарский барс такой сытый, потому что татарский депутат Ягудин такой уверенный.

Между прочим

Между прочим, далее рассмотрим исполнение расходной части республиканского бюджета Чувашской Республики за 2013 год. Величина расходов республиканского бюджета за 2013 год составила 36 791,8 млн. рублей, что на 4,47% выше, чем в 2012 году, на 20,9%, чем в 2011 году. В целом в 2013 году наблюдается увеличение почти по всем разделам расходов бюджета региона. Наибольшее увеличение затронуло следующие разделы:

- обслуживание государственного и муниципального долга - на 42,3% больше, чем в 2012 году;

- национальная экономика - на 20,7% больше, чем в 2012 году;

- образование - на 19,1% больше, чем в 2012 году;

- физическая культура и спорт - на 17,6% больше, чем в 2012 году;

- национальная безопасность и правоохранительная деятельность - на 11,1% больше, чем в 2012 году;

- социальная политика - на 9,1% больше, чем в 2012 году;

- культура, кинематография - на 8,8% больше, чем в 2012 году.

В то же время по отдельным разделам расходов бюджета Чувашской Республики в 2013 году наблюдается снижение по сравнению с данными 2012 года. В частности, расходы на жилищно-коммунальное хозяйство уменьшились на 37,4%, на здравоохранение на 16,7%, на общегосударственные вопросы на 0,3%.

Если же проанализировать удельный вес отдельных расходов в их общей сумме, то можно сделать вывод, что в 2013 году они остались практически на том же самом уровне, что и в 2012 году. Естественно, за исключением определенного уменьшения доли расходов по разделам «Здравоохранение» (17,6% в 2013 г. против 22% в 2012 году), «Жилищно-коммунальное хозяйство» (4% в 2013 г. против 6,6% в 2012 году), «Общегосударственные вопросы» (2,3% в 2013 г. против 2,4% в 2012 году), данное снижение расходов по социально значимым статьям весьма негативно для Чувашской Республики. Отметим, что расходы на здравоохранение преступно рассматривать только как расходы в прямом понимании этого слова. В целом это инвестиции в человеческий капитал региона. Здоровье является одной из самых важных ценностей человека. Не секрет, что без инвестиций в человеческий капитал невозможно развивать ни промышленность, ни сельское хозяйство, ни какие-либо другие проекты в республике, потому что главный ресурс любого региона это люди, и ни у кого не вызывает сомнения, что эти люди должны быть здоровы. Если связать эти данные с тем, что по итогам 2013 года на здравоохранение было выделено средств на 48,5 млн. рублей больше, чем израсходовано фактически, то можно говорить о неэффективном использовании выделенных бюджетных средств.