September 18th, 2013

Крым. 2013. 15

Н. безуспешно рыбачит. Удочка ни жива, ни мертва. Просто длинный черный прут. Никаких указаний на знаки сверху, на приметы снизу. Белый бетон скучно жжет ноги. Раньше - зеленое покрытие - шумел шалман на самом пляже и чуть выше, под деревянным навесом. Продавали вино и текилу. Теперь все убрали, а на горке достраивают шестиэтажный отель. Коробка бездарна, ячеиста, облеплена черными мужиками на веревках. Висящие люди вставляют затемненные стекла. Солнце попадает в эти огромные зеркала, и черное соревнуется с ночной луной за право быть светильником на сатанинских плясках. Недостроенная коробка ломает весь вид на горную гряду и бело-серую стену скал, летящих от хищного трезубца. Ай-Петри, слава богу, видна. Не видно душа, что раньше был прикреплен к серому боку стены-волнобойки.

Кто-то любит жариться на солнце соленым. У В., например, которому все равно, на ногах и спине появляется тонкая паутина соляных разводов. Мне нужно омыться пресной водой, а уж потом сохнуть под палящим солнцем. Загорать до черноты люблю, но совсем уж превращаться в просоленную котлету не хочется. Я хоть и мяско, но мяско диетическое.

А вот плов по-прежнему готовят. Чуть в стороне, на костре, висит огромный чан. Рис желтый, масляный. Плотные кусочки мяса. Ломтики ужаты жаром до аппетитных размеров. Длинные хворостинки оранжевой моркови. Бело-фиолетовые головки чеснока. И - одуренный запах. Загорающие набирают золотистую узбекскую кашу в пластиковые тарелки. Белыми ложечками прихватывают золотые зернышки риса, опасливо дуют на горячее лакомство. Парадокс - в урнах, на пляже, видел много чего недопитого и недоеденного. Но чтобы кто-то выбросил недоеденный плов - такого не было ни разу.

Впрочем, самый большой шалман на побережье сохранился. Там и еда приличная, и выпивка холодная, из морозилки. Крыши нет, а тяжелый шатер из какого-то нелегкого материала. Из досок сбиты полати. На них - низенькие столики. Полати - из красного дерева, украшены резьбой. Небрежно накиданы ковры и подушки, расшитые потертым золотом и серебром. Люди снимают тапочки, шлепки, кроссовки, забираются с ногами на ковры, полулежа жрут за столиками заказанную еду и питье. Приносят и кальяны. Горит плазменный экран. Все время отчего-то Ван Дамм и без звука. Звук - на танцевальной площадке. Впрочем, не танцует никто. Поймал себя на мысли, что в памяти отсутствует голое крымское тело 2013 года. Мужчины, женщины, дети были. Но ни красивые, ни уродливые тела в память не запали. Раньше смотришь: вот у той целлюлит, а в целом - неплохо. Эта - жирна. А у той нет грудей, хоть она и сняла лифчик, загорает, дремлет. Хочется подойти к сохнущей на солнце оглобле, тихонько тронуть, сказать гадость: «Мадам! Бюстгальтер можете не надевать». Она завопит: «Нахал! Это почему мне не надеть верхнюю часть!» А ты: «А у вас, мадам, нет никакой верхней части, и похожи вы на старого дедушку».

Отмечались ноги кривые и стройные. Иногда западали в память дивы дивные, светловолосые, полногрудые, с ногами, тщательно побритыми и помытыми, в почти отсутствующих (и все-таки занимающих нужное место), желтеньких или беленьких, купальниках. И ты, мужественный, загорелый, вымытый в душе, идешь мимо. Ничего, якобы, не замечаешь. Только трусы твои купальные, советские, мягко колышутся под ветерком, на мускулистых ногах. Красиво!

В 2013 году ничего не запомнилось из телес. Даже маленьких мальчиков и девочек, пупсиков и малышат, в память не запало. Знак тишины - никто не плакал, никто не смеялся. Музыка в восточном шатре была странная - древний «Спейс», да еще ВИА «Земляне». Под шатер закатывали роскошные автомобили - белый «Порше» и серебристый «Крайслер». Мордами своими эти зверюги упирались прямо в танцплощадку. «Земляне» пели про «грохот космодрома». Никто не танцевал. С края сидели четверо пожилых грузных мужчин (видимо, хозяева кабака и дорогих авто). Рубахи расстегнуты, грудь волосата, в курчавой шерсти - золотые цепи. По внешнему виду - греки. Толстые, как сосиски, пальцы суют в соленые орешки. Посасывают пиво из запотелых стаканов. Лениво швыряют на стол карты. Средь ореховой шелухи - сизые гривны, зеленые баксы. За пунктом общественного питания - пустая широченная набережная из бетона. Пристань с белыми пароходиками, зеленые скалы, тяжелая шуба из перезрелой зелени.

Н. и пацаны идут по белой полосе. Н. в легком сарафане. Рыбы у нее нет. Удочка (хоть и близится вечер) - неинтересна. Просто палка. Заходим в супермаркет АТБ. Шумновато. Грязновато. Все дешево, но помято. Такое ощущение, что весь товар кто-то уже ел и пил. По телеку - татарский канал. Играют на странных скрипках. Танцуют пышные женщины, похожие на жен бандита Абдуллы из «Белого солнца пустыни». Потом почему-то американский триллер «Семь» с Фриманом и Бредом Питом. Переключаю на «Ностальгию». Там - «Десять негритят» путаника и бойца общенародного фронта.

Мелочь, но неприятно

По телеку показали: Путин обедает с комбайнерами. Рядом – бывший президент ЧР Федоров. Федоров почему-то улыбается.

Следующий сюжет. Совещание у губернатора Краснодарского края. Федоров снова рядом с Путиным. Выясняют отношения банки и Минсельхоз России. Будто бы деньги из бюджета выделены, но до сельских тружеников пока еще не дошли. Путин недоволен, просит Федорова разобраться. А Федоров вновь улыбается. Эта странная улыбка была замечена многими на лице у нашего бывшего президента Чувашии еще на заседании Госдумы, на котором Зюганов назвал Федорова юристом-животноводом.

Меня насторожило не то, что Федоров как-то растолстел, опух. Беспокоит вот эта странная улыбка. Иногда наблюдаю, как на улицу в кресле выносят пожилую женщину. Женщина старая, слабо понимает, что происходит вокруг, и улыбается. И выражение ее лица точь-в-точь совпадает с федоровской улыбкой. Что бы это значило?

Между прочим

Между прочим, несмотря на молчание местной Контрольно-счетной палаты, уже федеральные органы подтверждают правоту цифр, приведенных в письме экс-министра финансов Чувашии Николая Васильевича Смирнова, направленного в адрес главы республики Игнатьева. «Российская газета» несколько дней назад опубликовала подготовленные Росстатом «Основные показатели социально-экономического положения субъектов РФ в первом полугодии 2013 года». Чувашия, как и написал Смирнов, является одним из лидеров в России по падению производства к уровню прошлого года. Плохи дела в области строительства. Чувашия вовсе инвестиционно непривлекательна. И цифры, данные «Российской газетой», практически полностью совпадают с тем, о чем написал экс-министра финансов. Полагаю, что во многом это результат беспощадной борьбы вечно чему-то улыбающегося Федорова и мрачного на лицо Игнатьева.