May 28th, 2013

За сундучком. 64. 3 мая

Первое - Олегу подошла майка размером два с половиной икса, а не три. Второе - Миша из Внуково отправился на Красную площадь (до отхода поезда в Питер еще было время). Волновался - после собора Святого Петра, как будет с Кремлем: уступит по величию или нет. Радостный, звонил: Кремль ничем не уступает. Но жестче и суровее, беспощаднее к маленьким людишкам, вьющимся на Красной площади. Третье: позвонила мама, спросила - буду ли в Питере. Купила по случаю билеты на «Травиату» Верди. Исполнение - в новом корпусе Мариинского (Кировского) театра. Подумал - странно: всю итальянскую поездку зазывали на «Травиату», а послушать придется в Ленинграде. То, что слушать буду именно там, - несомненно. Матери сообщил - на майские и так собирался быть в Ленинграде, а уж новый зал любимого театра… Непременно буду со старшим, с Вадимом (всегда кого-нибудь цепляю с собой из родных - это от отца с матерью). Изумительная мама сообщила: билетов в новый Кировский два. Дорогие. Но - Вадиму подарок на день рождения.

Недовоплощенная мечта Федорова - паровоз Чебоксары - Санкт-Петербург. Четыре вагончика, что сиротливо цепляют к настоящему, казанскому, паровозу, за отсутствием авиасообщения должны наполнить живым содержанием высокий полет маниловских фантазий бывшего чувашского начальника. Еле втиснулись вдвоем в плацкарт, хотя Чебоксары в день отъезда солнечны, девственно чисты, безлюдны. Огороды и деревни высосали из города жителей. Недопоезд. Недогорожане (чебоксарцы в первом поколении). Недопрезиденты. Не долеченный геморрой («Алан Клиник» поменяла рекламу). В такие дни хороши в городе траурные липы - черные, еще не явившие признаки жизни клейкими листочками. Но: Гоголь из Нежинского лицея в Питер, другу Высоцкому: «Ты живешь уже в Петербурге, уже веселишься жизнью, жадно торопишься пить наслаждения…» Честно - и я торопился их пить (в смысле, наслаждения). Как Довлатов опохмелялся во Пскове, перед Пушкинскими горами, так и мне нужно было опохмелиться после Чебоксар крепким напитком итальянского оперного сочинителя. Не только опохмелка - трудная работа души (что обязана трудиться - и день, и ночь, и день, и ночь). Впрочем, Гоголь спрашивал у Высоцкого не только о бульварах и Неве, но и о ценах на Сенном рынке. По сведениям матери, на Сенном все по-прежнему - яблоки Симиринка можно купить по двадцать рублей, а если помельче, то и по пятнадцать (Чебоксары предлагают иное - пятьдесят).

Группа школьников. Пронырливая пожилая дама (сопровождает). Плохо. Будет шум. Пацанов среди девчонок - кот наплакал (как и во всех социальных слоях - мужик в России вымирает). У Довлатова, в «Заповеднике», кривоногий тракторист с белыми кудрями («Пива хочу!»). И в поезде - полтора землекопа. Наглый, уставший от девичьего внимания переросток, шкет в бейсболке и спущенных до колен джинсах (половина землекопа). Девки надели шорты. Ноги белые-белые. Цыплята-дурочки. Энергичная пожилая кудахчет. Переросток вальяжно играет с девичьей компанией в карты, девицы носят ему беспрерывно чай и вафельки (страшно надоедая нам, поскольку наши места боковые, рядом с титаном). Полземлекопа постоянно мотается к главной хохлушке, страстно сообщает новости из «гарема» - Иванова сказала то-то, а Сидорова сделала красавцу Петрову вот так. Курица-хохлушка, в награду, сообщает не доросшему специалисту по земляным работам: будет и на твоей улице праздник. Иди, иди, милый. Напротив детской надзирательницы - двое солидных. Молчат, а курица-хохлушка замучила людей подробностями своей жизни. Дочь - в Самаре (удачный бизнес). Сама - ярая путешественница (на Новый год сделала себе подарок - съездила на неделю в Норвегию, хотя ей понравился и Стокгольм, и Хельсинки, и город Петрозаводск). Приглашала парней-коврочистов. Специальный пылесос - жрет пыль, да еще и стирает пахучей пеной. У нее нынче запах в доме - обалдеть (слушать этот говорливый лесной ручей трудно - читаю Бунина о Шаляпине).

Хищные грифы осторожно общипывают падаль, подсовывая лысую башку то снизу, то с боков. Кура-хохлушка ела. Кусок еды аккуратно держала на весу, а рот с узкими губками впивался в кусман (с соответствующими разворотами шеи) то слева, то справа и даже (почему-то) снизу. Покушав, женщина вела доверительные разговоры с расшалившимися отроковицами (казалось, отщипывание мяса продолжалось в прежнем режиме - и сверху, и снизу, но основа здесь была виртуальная - глупые разговоры девиц с воспитательницей). Бегали по проходу малыши (их было трое, хватало на весь вагон). Знал, чем кончится. Один, в итоге, грохнулся, и был визг. Визг был и ночью. Девчушка часа в два ночи очнулась, жутко орала. Молодая мамаша была индифферентна (с такими лицами нынче девицы управляют иномарками). Туда-сюда метался молодой отец. Очнулась кура-хохлушка. Молодая мать послала старую на х… С удовлетворением отметил: и правильно.

Вагоны, после присоединения в Канаше к настоящему паровозу из Казани, бежали резво.   В. счастливо спал на верхней полке. Шумерля - черный паровоз на небольшом возвышении. И в Сергаче - паровоз. А в Арзамасе сели монах и монашка. Там русскому православию как раз и место - рядом с бомбой и атомным реактором (может, оттого так был странен академик Сахаров - из-за странного излучения Нижегородчины?). Всюду - 150 лет Казанской железнодорожной ветке (и почему-то - «Сапсан» немецкого производства). В Канаше, между прочим, реклама банка: «Выгодным курсом идете, товарищи!» (в могилу, добавил бы я). Там открыли «Винный погребок». В заведении никого нет. Сидит лишь сонная тетка. На подъезде к Ленинграду - Ижорский завод, а стены его отремонтировали белым материалом (кажется, пластик).

На Московском вокзале - веселый шум и радостное весеннее солнышко. 3 мая.

Между прочим

Между прочим, сегодня в ходе сессии поднял вопрос о национальном лицее имени Лебедева. Мол, в Казани и Йошкар-Оле с заведений подобного рода пылинки сдувают и нарадоваться им не могут.

Неожиданно мое выступление вызвало сочувствие и, я бы сказал, понимание. Женщины, в том числе и депутаты, понимающе кивали головами, чувствовалось, тема хорошо известна и им. Мне даже показалось, что депутат госсовет Бадаева очень плотно знакома с этой проблемой.

Председатель Госсовета Попов согласился с моим предложением внимательно рассмотреть данный вопрос в ходе заседания Комитета по социальной политике и национальным вопросам, с приглашением руководителя самого лицея, городского начальства, а также сотрудников Минкультуры и Минобразования, которые по роду своей деятельности должны быть заинтересованы в судьбе уникального учебного заведения.

Мелочь, но приятно

С одной очень грамотной женщиной размышляли о названии: улица Тимофея Кривова. По роду своей деятельности дама имеет отношение к почтовым адресам. Среди обильной корреспонденции чего только не встречала. Например, кто-то решил (и это было уже неоднократно), что Кривов – это не фамилия, а некая человеческая особенность, видимо. благоприобретенная. Ну, вроде как атаман Тимофей кривой. Вот и этой даме все пишут и пишут: улица Тимофея Кривого.

Нам с моей собеседницей было приятно: мы-то умные, знаем, что Кривов – это фамилия.