May 24th, 2013

За сундучком. 61. Черствый сыр Колизея

Колизей - коричневый. Стены изрыты выбоинами, словно сооружение обстреливали сотни орудий. Как устояло это чудище, если веками со стен сдирали мраморные плиты, выворачивали куски железа? Добытое шло на строительство новых зданий. В основном это были богатые виллы. Потом разрушались и эти виллы (с фонтанами и статуями). Травертин и мрамор шли на очередные постройки. Можно до сих пор наблюдать древние плиты, снятые с Колизея, вделанные в полы христианских базилик и средневековых замков.

Ридли Скотт в «Гладиаторе» был прав – скульптуры Марса и Беладоны были вполне уместны рядом с громоздкими стенами. В верхних проемах постройки кружат кажущиеся крохотными чайки и голуби. Под сводами прохладно и тревожно. От стен истекает коричневая мгла. Кажется, что огромные куски заскорузлого сыра – в трещинах, ноздреватых отверстиях – положены один на другой в бесчисленном количестве. В каштановом мареве люди – словно мошки, сгрудившиеся на кровавом следе, оставленном продырявленным телом гладиатора, которого сволокли в подвал. Показалось – легкое колебание сотен людей, сбившихся в очередь, - лишь начало движения и даже какого-то странного полета. Полета по спирали овального заведения – с этажа на этаж. Парение начиналось медленно, все замерли в гигантской очереди. Вспомнилось: Спартак был рудиарий, но до ланисты дослужиться, естественно, не мог. Прежде чем стать гладиатором, фракийский, нубийский или иудейский раб именовался «деревяшкой», ибо на тренировках пользовался только деревянными мечами и копьями. Порой проходили годы упорных тренировок, прежде чем раба называли «гладиатором», вручали железное оружие и выпускали на арену. Бились друг с другом и с дикими зверями. Сходились всадники с копьями. Круглый щит, шлем, наколенник (на левой ноге). Лаквеарий – значит, его оружие аркан. Гладиус – меч (отсюда – гладиатор). Ретиарии вооружались трезубцами. Катерварии бились не парами, а группами. Бестиарии – шли с оружием на медведей, львов, тигров, разъяренных быков и даже слонов. Устроить хорошую битву гладиаторов – дело государственной важности. Удачный бой, запомнившийся потоками крови, приносил проплатившему приобретение гладиаторов и зверей почет. Многочисленные гладиаторские школы, выступления на грязных провинциальных дворах. Выжил – выше, маленькие передвижки. Вершина слава и успеха (в том числе и для ланиста) – Колизей в вечном городе. Бои рабов насмерть придумали таинственные этруски – люди человеческой крови и внутренностей приконченного скота. У иудеев не было кровавых схваток. У древних инков были кровавые жертвоприношения, но боев живых людей также не было. Дикари Полинезии предпочитали съесть побежденного, а не устраивать муторные истязания одного другим. Италийцы восприняли гладиаторство от таинственного народа: веселое слияние боевой крови, цирка и театрального представления. Греки-то греки (комедия и трагедия), но это были не исконно римские жанры. «Сатура» - смешение поэтических размеров, сбитых в один текст. Поначалу «Сатура» у римлян – огромное блюдо с различными фруктами (сатурналии – буйные празднества с обильной выпивкой). И только затем – причудливо литературный жанр. Черствое римское право, беспрерывные войны, денежные расчеты и дележ наворованного – у римлян все резко, вперемежку, быстро. Организация душила, отдохновение – оргии. Здесь нелишними были и гладиаторские схватки. В бывшей римской провинции – Испании – в конечном итоге до сих пор убивают только быков, но не людей.

Выскакиваем с братом на поверхность из мрачной тени. В центре овала – огромный проем, разделенный толстыми стенами на длинные коридоры. Будто огромная птица, пролетая мимо Форума, цапнула когтистой лапой по поверхности, унеслась прочь, а следы внушительных когтей остались. Их-то забрали кирпичом создатели Колизея. Вокруг этой кровавой раны понастроили высоченных стен с каменными сиденьями для десятков тысяч людей. Деревянным настилом скрыли подвал. Из подземелья, через люки, поднимали на арену зверей, бойцов, через эти же люки оттаскивали, словно в преисподнюю, убитых. Желтый песок, которым была усыпана арена, быстро менялся. Ни кровищи, ни человеческой требухи. Чисто.

Дождь. Прячемся в огромной арке. Сидим на обломке мраморной колонны. Пришлось надеть разноцветные пончо. Становимся похожи на два воздушных шарика – желтый и зеленый (когда прятались от дождя, как раз и нашел шариковую ручку, которой сейчас пишу). Вдруг резкое солнце. Ощущение, что веет древностью от грозного ристалища, и этот невидимый ветер поднимает разноцветные шары, в которые превратились мы с Мишей. В итоге нас выдуло к самому гребню великой стены – туда, где солнечные лучи бьет и лопает с особенной яростью. В голубой высоте плащи быстро высохли. Стаскиваем их с себя, держим на сильном ветру, над пропастью Колизея. Глубоко внизу – арка императора Константина. Выпускать наши легкие полотнища из рук не стали. А очень хотелось увидеть, как наши одежонки понеслись вдаль, к Тибру, над кипарисами и пиниями. Но делать этого не стали - дорогое удовольствие.

Между прочим

Между прочим, недавно выясняли, кто ходит на заседания комитетов и сессий Госсовета, а кто по каким-либо причинам не является. С тех прошло более двух месяцев, но изменений мало.

Например, справороссы и коммунисты аккуратно посещают все протокольные мероприятия Госсовета. На последних публичных слушаниях, по утверждению исполнения бюджета за 2012 год, фракция «Справедливая Россия» присутствовала в полном составе, за исключением депутата Михайлова, который был в служебной командировке.

А вот некоторые представители фракции «Единая Россия» отнюдь не стремятся улучшить посещаемость. Мне показалось, дело стало еще хуже (видимо, приближается лето).

Что же касается знаковых фигур, которые входили в первую тройку партии «Единая Россия» на выборах в Госсовет в декабре 2011 года, то почти стал забывать фамилию велосипедистки Калентьевой. Лица же ее вообще ни разу не видел. Я не против девушек, которые энергично крутят педали, и интенсивность их усилий оценивается даже на международном уровне. Но надо же иногда бывать и в Госсовете. Иначе может сложиться впечатление, что выдающиеся единороссы только и делают, что вращают педали или поднимают тяжелые металлические предметы. А в законодательный орган надо не просто являться, но иногда работать и головой и (о, ужас!) изредка хоть что-то писать на бумаге.

Мелочь, но неприятно

На «Спартаке» некая фирма «Старатель» не очень быстро, но упорно продолжает возводить спортзал. Строит, как обычно сейчас, – поменьше кирпича, побольше пенопласта. Соорудили и серый металлический каркас, на каркас навешивают плиты. Но не бетонные, а произведенные из плотно сбитой стекловаты.

В мае на беговой дорожке стадиона появляется много учащихся. Дорожка и так растрескана, находится не в лучшем состоянии, и бег молодежи по асфальтовому покрытию опасен. А тут новая напасть – тянут трубы вдоль беговой дорожки к строящемуся спортзалу.

Зная, как востребовано пространство стадиона в теплые месяцы, думал, что работы по прокладке труб проведут быстро. Однако надежды мои не оправдались. Экскаватор выкопал глубоченную яму, навалил огромные кучи глины. А немногочисленные самосвалы, которые сначала приезжали увозить эту землю, остатки беговой дорожки серьезно повредили. Были и некие рабочие. И вот уже несколько дней нет ни самосвалов, ни экскаватора, ни рабочих. Но есть огромная зияющая канава и слушатели чувашского механического техникума, которые пытаются бегать по самому краю оставшейся свободной от глины дорожки. Да я, одинокий физкультурник на велосипеде, старательно объезжающий выбоины, колдобины и глиняные завалы.