April 25th, 2013

За сундучком. 40. Подозрительный апостол Павел

Цезарь. Великий Август. Непрямой наследник Тиберий. И некто Гай Цезарь - Калигула - правил чуть больше четырех лет, чокнулся, и его зарезали. А ведь был еще поэт и актер Нерон (грохнул маму и жену). Потом пошли Флавии. При Веспасиане терпение богов закончилось. Приведено в действие нехилое жерло Везувия. Несколько метров пепла накрыло Стабию, Геркуланум и Помпеи. Помпеи обнаружили в XYI веке. Поняли - туристы, прибыль - и вгрызлись в свалившийся пепел по-серьезному. Даже день установили - 24 августа. Год 79-й. Хорошее дело - христианство. Но неблагополучие приходит в XYIII веке (материалисты - энциклопедисты). И вылезают древние развалины Рима, а еще законсервированные на тысячелетия улочки языческих Помпей. Помпеи и их разношерстное население христианства не знали, торговали вином и шерстью, почитали      изиду, а шерсть отбеливали человеческой мочой. Удар по апостолу Павлу. Уж как о нем расписали - не верующий - собиратель податей из Киликийского Тарса по имени Савл заделался верующим в Христа апостолом Павлом. Такой уж был активный, что лет за 10 рассыпал христианские общины по огромной Римской империи (дело сделал даже в захолустной Галатии). И в самом Риме никто не пристукнул активиста. Одним словом, у новообращенного был винтокрылый дракон, который с неимоверной скоростью носил Павла туда-сюда, как современного финансового спекулянта. В Помпеях Савл так и не побывал, и в конце 80-х о христианах в этом городишке никто ничего не ведал.

С братом попали в город через ворота Порта-Марина. Справа от базилики, зданий суда и биржи пробрались чуть ли не на сам легендарный форум, но возле длинной стены (за большим амфитеатром) очутились в кипарисовой аллее, оживлявшейся битыми мраморными колоннами. Тут и одолели меня мысли «рационалиста» - о христианстве. Новая кожа моей личности (итальянская) никак не сшивалась в самых важных местах - в районе ширинки и весьма полной талии. С нижней частью - понятно. Страшные охальники и бесстыдники были эти язычники. Чуть позже попали в помпейский публичный дом (были и индивидуальные предприниматели обоего пола). Из стены двухэтажного помещения торчит каменный фаллос - символ удачи - и объявление: здесь совокупляются. Фрески - о различных способах. Кровати - каменные (дерево не выдерживало напора посетителей). В изголовьях - зеленая плесень. На улицах сохранились предвыборные надписи (в городской Совет). Лозунги. Ругательства. Карикатурка - вот как сейчас. Но до теологических размышлений были современные Помпеи. Автобус встал возле харчевни (пластиковые ложки-вилки). Умыкнули две пластиковые ложечки и обедали булочками и йогуртом на пустыре под слоноподобными пиниями и между ржавых автомобилей. Недолго стрекотал кузнечик (1 апреля все-таки). Беспрерывно пели птицы. В каком-то шалмане купили две банки пепси - запить. Брат расстроился - баночка четыре евро. Пока изничтожали эти восемь евро, разглагольствовал о «Калигуле» Тинто Брасса. Не кино, а дешевый порно-балаган. Этот красный цвет кафе-шантана. Этот тюль на дверях, окнах, на возлюбленной сеструхе Друзилле. Доказывал - все это великолепный кинопровокатор (не хуже Хичкока будет, даже рожи одинаковы) делал сознательно. Перед фильмом Брасс цитирует Евангелиста Марка (про сокровища земные и потерянную душу). Показывает, якобы, отчего в языческом Риме прижилось христианство. Обман. Брасс был в Помпеях. Принял урок погибшего города: человечество накрыло не придуманное христианство. Человечество накрыл (весьма скоро и необъяснимо) пепел исторического Везувия.

«Пойдем, Миша. Посмотрим в страшное лицо не Бога. Бога нет. А в лицо судьбы и случая». Несемся к кассам. Дорогу закрывает плотный мужичок. Орет - макароны, паста, пицца. Зовет в кафешку, видно, плохи дела. Да мы хитрые. Уже червячка-то заморили. Огибаем кафешки. Ряд сувенирных лотков. Касса. Мишкин номер с удостоверением не прошел. По одиннадцать евро с человека. Пинии. Гордые кипарисы. Морские ворота. Театр (тренировались гладиаторы). Малый амфитеатр. Расселись по каменным ступенькам корейцы-католики. Пастор дирижирует. Поют псалмы. Следом - огромный (центральный) амфитеатр. За ним - казармы гладиаторов. Там, где нашли шестьдесят восемь скелетов. Откровения Иоанна Богослова сочинял дядя, искушенный в поэзии, юриспруденции, риторике и мистике. И пророчества Даниила. И псалмы. Про Логос, а уж знаменитый отрывок из Иосифа Флавия - вы уж меня простите! Грубо всунуто. Не было Христа. Великолепный проект для идиотов. Вторая половина II века - не раньше. И этот странный апостол Павел с реактивным самолетом. Вот улицы Помпей - узко, пробиты колеи от повозок в камне. У основания дорог вбиты по две каменные тумбы. Прыгнешь на тумбу - и перескачешь на другую сторону улицы. Моча. Навоз. Нечистоты - течет это все по мостовой. Бани. Фонтанчики с водой. Кухни быстрого приготовления еды. Огромный Форум, обращенный к Везувию, что плавно колышет голубые небеса, нависнув над Помпеями. Дом Паисы. Главное - дом Фавна (табликум, трикликум, перистилиум). Между двумя перистилиумами - легендарная фреска - Александр Македонский в битве с царем Дарием (фотка - во всех учебниках). Возле фрески, на чуть подросшей траве, лежит спокойно огромная черная собака. Дачи Веттиев. Дом Лукреция Фронтона.

После храма Юпитера теряю брата. Выбираюсь к частным виноградникам. В винограднике - выцветшие детские игрушки из пластика. Через Порто Везувио попадаю на виллу Мелеагра. Несусь по Виа Везувио. Попадаю на Виа дель Аббонданца (автобус уходит в пять, а сейчас без десяти). Чуть вперед - и назад к Порто Стабиа. У автобуса уже ждут. Женщина-скорострельная система.   №5 (главный) - нервничает. Брат. Радостно: «Я попал на улицу, на которой стоял Брюллов и делал эскизы для «Последнего дня». Тоже стоял и делал наброски - посмотри!» По дороге в Рим стоим в огромных пробках. Хотели вернуться в восемь, а вернулись в полдесятого. С братом немедленно в метро, в центр. Гулять по вечерней столице.

Между прочим

Между прочим, не любят оппозицию в «Советской Чувашии». Делали отчет о парламентских слушаниях по ЖКХ – пять раз упомянули Мешкова и все. Ни Кулагина, ни Евсеева. Слава богу, хоть Тамара Арсеньевна Манаева фигурирует на страницах славного всечувашского издания.

Мелочь, но неприятно

Неприятно смотреть на лицо Маслякова. Некоторая неестественность, будто мужик подтягивал кожу на лице. Я понимаю, современные мозгоправы вкладывают в мозг этот самый КВН в качестве вторичных приятных воспоминаний о прошедшей жизни. Тут недавно показывали дядьку, который в кармане старого пальто забыл гамбургер из «Макдональдса». Неожиданно нашел - и булка и котлетка как новенькие. Только огурцы сгнили. И пролежала эта еда в кармане 14 лет. У дядьки просили продать раритет – не согласился. Говорит, будет показывать внукам и рассказывать о вреде пищи в фаст-фудах. Вот и Масляков типа этого залежалого бутерброда. Вот только кто расскажет о чрезвычайной вредности этого застарелого продукта?