i_molyakov (i_molyakov) wrote,
i_molyakov
i_molyakov

Category:

Заметки на ходу (часть 432)

Однажды я притащился к ней в общагу, где она жила много лет. М. сидит на лестнице, курит. Увидела меня – рассмеялась. Голова в бинтах. Спрашиваю – кто тебе врезал? Говорит, ходила на пластическую операцию. Теперь уши у нее прижаты, не топорщатся. Ушки нравились, их смешно было целовать.
Речи у М. случались на крышах. Слушать приятно. Голос в возбуждении наполняется ядовитой силой. С М. не спорил. Зачем раздражать? Главное – ожидание. М. очень была нужна – велик жар любви, кто-то должен был оприходовать его верхние, теплые потоки. Выполнить это могла М. Она была, как река. Текла сама по себе. Мне позволено сидеть на берегу – сидел и ждал. Придет момент, когда мне позволят в реку погрузиться.
Соглашался и поддакивал, прихлебывая коньячок. На крыше можно, если потратить время, связать Гегеля, его ученика Маркса с Гитлером и с Ницше, Шопенгауэром, Шеллингом. Кто ближе к нацизму – Гегель или Шопенгауэр? На первый взгляд, Шопенгауэр. А если покопаться в сочинениях Гегеля?
Маркс и буддизм, Гитлер и зароастризм. Религии перетекают в философские конструкции. Есть мыслители, громоздящие схемы, и приходишь в ужас от изощренности. Создатель гениального учения пускает себе пулю в лоб. Они не могут пережить смерть любимой женщины, и их, как Шеллинга, сжигает пламень любовного горя. Вместе с великими идеями. Идеи не спасают. Вместо человека – черные головешки.
Что подумал бы Маркс, если бы дожил до самоубийства своей дочери и зятя? Они решили, что рабочему классу от них, старых, не будет пользы. Какая дичь! Чем это отличается от нацизма?
Гитлер и те мгновения, что он провел перед самоубийством. Говорят, ему было страшно. Кто-то говорит, что горько. А может, ему было все безразлично? Или его озарил свет радости. Почему бы не радость – он ведь зверь. Ни один зверь не разрушил столько, сколько Гитлер. Полмира лежало в руинах. Но Нерона помнят так же хорошо, как Константина. Величие творения и величие разрушения. Любит человечество руины – так вот они вам. Может, думал Гитлер перед смертью о величии созданного. Хорошо или плохо величие – второстепенно.
Может, Гитлер радовался, раздавливая капсулу с ядом: полмира сметено. Это хорошо. В Европе очистились площади для нового строительства. Сколько разбомблено в России, в Азии, на Кавказе, в Африке – свободное пространство: стройте. Возводите новое. После Освенцима нельзя будет писать музыку и сочинять стихи. Кто это сказал? Старую музыку и прежние стихи нельзя будет творить. Новые – пожалуйста. Значит, правы оказались те, кто талдычил: зло сильнее. Не добро. Зло есть жизнь. Жизнь, которая стремится к смерти.
Может, Гитлер был светел радостью много потрудившегося человека, достойно завершившего свою работу, ставящего жирную точку. В конце трудов  он совершает главное – убивает себя.
Что чувствовал в последние мгновения – неизвестно. Как в «Сиянии» у Стивена Кинга - индеец убивал людей так, чтобы видеть их гаснущие глаза. Гаснущие глаза Гитлера никто не видел. Может, Ева Браун.
О чем думал маршал Жуков, когда Кейтель подписывал акт о безоговорочной капитуляции? Гитлер действовал на пару с Жуковым. Половина развалин - за немцами и их союзниками. Половина за Красной Армией. Сталин то же самое, что Гитлер? Два сапога пара. Сейчас на дворе Брежнев. Он, как коммунист, не может сказать такое про другого коммуниста – Сталина. Коммунизм - хорошо. А вот буржуи – сволочи. Либералы, типа Черчилля и Бжезинского, – сволочи.
М. тогда перебила меня. Ее интересует переход от инстинкта и обыденного сознания к идее. Инстинкты направлены на одно  - сохранить плоть. Обыденное сознание не направлено на умервщление. Размышления о том, много ли мяса положено в щи, не ведут к убийству. Идея заставляет идти на смерть. Истинное то, что приводит к бескорыстной гибели. Гибель за идею - высшее наслаждение, торжество над индивидуальным. Церковь – победа жизни вечной. Лариса Шепитько – «Восхождение».
Шкурный интерес взыграл – и вот предатель Рыбак. Хотел повеситься в сортире. Мучение от проигрыша идейного – столь же сильно, что и торжество этого начала. Ведет к гибели.
Что человечно – то смертельно опасно. Потому что человеческое – значит, ограниченное. Идея связана словом. Слово – тюрьма человеческая. Более страшной тюрьмы не придумать.
Tags: Заметки на ходу
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments