i_molyakov (i_molyakov) wrote,
i_molyakov
i_molyakov

Category:

Заметки на ходу (часть 421)

После работы, часов в шесть вечера, Ирина с Вадимушкой приходили в библиотеку. Длинная металлическая лестница начиналась под окнами читального зала, с сыном по ней забирались на крышу. На крыше играли в пиратов, а крыша была кораблем.
Вадимка любил разбегаться по низенькому парапету у входа в библиотеку и прыгать мне на руки. Сын обожал Александровский парк. Зимой ездил на санках с высоких гор – с земляного вала, который окружал замковую башню в генуэзском стиле.
Однажды, разогнавшись, врезался в дерево (даже санки погнулись) и сильно ударился головой. В ужасе с Ириной носились по этажам городской больницы. На короткое время Вадимушка потерял сознание, а когда очнулся, его рвало. Глаза были больные, несчастные. Плакал от боли. Вадим терпелив, никогда не орал, если ударялся или резался. Не любил привлекать внимание криками.
Однажды пришел с улицы домой с видом загадочно-торжественным . Оказывается, украл утку. Рядом с нашим домом была английская спецшкола, и сторож разводил гусей, уток и кур. С птичьего двора Вадим и украл здоровую утку, засунув ее в правую штанину.
Летом любили валяться с ним на сене. Парковые поляны выкашивали, траву сгребали в стога. Дворцовые постройки, искусственные водоемы и выкошенная трава – красиво, с разбега ныряли с Вадимом в сено.
Вадим обожал мост с китайскими драконами и львов возле земляного вала, с которого неудачно съехал зимой. Кстати, ничего страшного не случилось – небольшое сотрясение мозга, и несколько дней сидели дома.
Ходили в кино – Вадиму очень понравился фильм «Спартак» с Дугласом в главной роли. Кино смотрели в кинотеатре «Витязь». Утренние киносеансы были детскими. Пересмотрели все детские фильмы. Мы были «бродяги». Каждую неделю ездили в Ленинград – в театр, в музей, на выставку. Больше всего сыну нравился не зоопарк, а Кунсткамера и Зоологический музей. Он требовал посещения Зоологического музея. Говорил: «Папа! Поехали к маленькому Диме». Мамонтенок Дима представлял собой жуткое зрелище – здоровая сушеная котлета грязно-коричневого цвета. Смятый временем.
Понравился и музей почвоведения. К землям старался сына не приучать – достаточно мертвых животных.
В театрах были программы из детских спектаклей. Все спектакли посмотрели. Ждали премьер.
Вадим обожал смотреть и слушать. Удивительно усидчив и внимателен. На предложение пойти в театр или в музей отвечал охотно (в отличие от младшего сына). Посадив Вадимку на шею, носился по Ленинграду и вел беседы – понравился ли ему спектакль?
В душе теплилась надежда – парень будет умным человеком. Зря пугали меня – мол, если жену взял из простой семьи, то и дети будут дураками. Вадим будет умен. Не может быть неумным терпеливый, внимательный мальчишка. Надежда, что дети будут лучше родителей – великий соблазн каждого взрослого. Желаешь детям добра. Надежды рушатся – приходит наказание за гордыню. Не надо пыжиться. Дети будут не лучше и не хуже. Будут такими же. Нужно просить у судьбы, чтобы хуже не были. Если получаются хуже, превращаются в тюремщиков и бандитов, многие не выдерживают, ломаются. Любовь –испытание. Любовь к детям, которые поучились хуже тебя. Бился, но оказался слаб, проиграл. Сейчас и школа не друг, а враг. Сын – вор, а дочь – дешевая потаскуха. Зачем тогда жил? В чем смысл существования? Жизнь заканчивается. С какой стати некоторые решают – если вокруг своего дитяти они крутились, то отчего должны получить награду жизни – успешных и благополучных детей?
Можешь сколько угодно воспитывать, а в итоге общество предъявит урода и инвалида. Наоборот – пьянь и рвань, а дети получаются на диво талантливые и трудолюбивые. Никто ничего не гарантирует. Используя родительское тщеславие, будут наживаться проходимцы, псевдомедики и псевдопедагоги. Два института используют греховные наклонности – церковь и школа. Церковь за счет страха смерти. Школа – на тщеславии, которое родители удовлетворяют за счет своих детей.
Вадимка не любил считать и читать. К царскосельским временам у меня была обширная библиотека. Детские книги и я покупал, и Танька Петрова. Старался Бесстрашников. Он дарил Вавдимушке не просто книжки, а с «секретами». Раскрываешь ее, а между страниц появляется картонный городок, или лошадка, или человек. Володя дарил старинные книги, с иллюстрациями. Солидные, тяжелые тома. Русские народные сказки или сказки Андерсена.
Вокруг Вадимушки «собрались» книжные персонажи – незнайки, карлики, малыши, зайки, змеи Горынычи и снежные королевы. Сын не засыпал без чтения. Слушать он любил. А я любил читать. Казалось, родитель может воспитать достойного человека. Нужно постараться.
Этой же теории придерживался и Бесстрашников. После университета работал учителем обществоведения в школе. Таня Петрова была противоположного мнения. Она советовала Бесстрашникову читать Игоря Семеновича Кона. Полезно. Особенно для мальчиков. Но он увлекался Симоном Соловейчиком.
Попытки научить Вадима читать не привели к успеху. Малыш не желал учиться. Ему нравился сборник болгарских народных сказок «Ваклин и его верный конь» и некоторые сказки Андерсена. Особенно жестокая «Русалочка». Полюбился ему «Тим Талер, или Проданный смех».
Tags: Заметки на ходу
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments