Питер. 2 - 7 мая 2017. 15
С чего бы Европе любить Россию! Во второй половине восемнадцатого века мудреные деятели Франции, Англии, Пруссии, Баварии писали книжки, а денег было мало. Их «вишневые сады» как раз в то время повырубили. Вскормили на «навозе» протестантизма алчную буржуазию. Этой космополитической публике важен был полновесный золотой и доходная облигация. Тот же Гоцковский, продавший свою коллекцию Екатерине из-за неудач с поставками зерна. Ситуация описывалась просто: «Что ж вы такие бедные, если такие умные?» Россия богата не только территориями и полезными ископаемыми, но и народным терпением, а порой, и глупостью. Франция - стряпчие, присяжные, маклеры, клерки, торговые компании. Жуки-короеды. Наполеон против России был обречен. Человеческий фактор подвел. Обречены и шведы, и пруссаки, и турки. «Сбой» произошел в Крымскую кампанию. Извлекли уроки. Быстро восстановились. Провал в Японскую, осечка в Первую Мировую, да большевики, а затем Сталин все вернули.
Стоим с В. у «Данаи» Рембрандта (буквально три минуты). В. говорит: «В Европе воцарились жуликоватые, упорные проходимцы. Третье сословие, буржуазия. Не то, что коллекции, которые дворяне копили столетиями, душу за деньги продадут. Вот Екатерина Вторая - немецкая нищая аристократка. Воцарилась. Но, это же Западная Европа и есть. Она у алчной западной сволочи, используя русский неисчерпаемый ресурс, огромными кусками «выхватывала» сокровища - скульптуры, картины. С Петра началось. Тот мастеров, архитекторов оттуда экспортировал. Екатерина следом пошла. Выходит, спасала лучшее, что было в Европе. Неплохо устроилась!. Землевладельцы из Франции «профукали» власть, а Империя наша их же лучшее и переняла, и спасла». Подхватываю мысль: «И они нас за это ненавидят! Терпеть не могут людей их же крови и происхождения. Говнистая публика, пошедшая плесенью на теплой сырости Гольфстрима».
Основа экспозиций Эрмитажа - коллекции, купленные за рубежом. В Екатерине Второй совместились западная культура, немецкая сухость, русский размах. И как не обалдеть от материальных и духовных возможностей, подаренных великим государством! Скупка западных собраний поставлена на поток. Подобрались советники, в частности, Дени Дидро (бывал в России, оценил масштаб). Дидро насоветовал: «Купи-ка, государыня, коллекции Брюля, Уолпола, Кроза - не прогадаешь». Дмитрий Голицын дружил с Дидро, занимал пост посла в Гааге, в Париже, вел с семейством Кроза переговоры о приобретении. В Россию «уплыла» бессмертная «Даная», а также картины Рубенса и «Юдифь» Джорджоне. Говорю В.: «Юдифь» - вещь бытовая. Это - дверца шкафа. Художники, даже Леонардо, утверждали: мы - ремесленники. Богатый человек приобрел платяной шкаф. Нанял ремесленника Джорджоне. Он шкаф расписал. Много их по Италии ездило в поисках заработка. Никто не знал, что Джорджоне - выдающийся. Дверка оказалась у Кроза. Кроз, через Голицына, продал «элемент мебели» Екатерине. Делали дело тихо. Когда французы узнали, что «Даная» и «Юдифь» оказались в России, поднялся вой. Бессмертные творения в лапах у варваров! Спрашивается: Дидро варвар или немецкая принцесска лесная лахудра? Вот так и работали. СМИ и пропагандисты - боевики и в те времена. По сути, ничего не изменилось и сегодня. И причем здесь варвары? Сделка заключена по французским законам. В Париже, в Национальной библиотеке, сохранился торговый каталог коллекции Кроза, а также сопутствовавшие сделке документы. Нечего зубами щелкать! Кто успел, тот и съел. Все вопросы - к обнищавшему французику.
«Данаю» перемещали с одного места на другое. Картина имеет такую же трагическую судьбу, как и Репинский «Иван Грозный». Репина резали, а в 1985 году ненормальный мужик напал на холст с ножом и кислотой. Стопроцентного восстановления произведения не получилось. Но случились открытия: очищенное полотно засияло новыми красками, вскрылись неведомые ранее нюансы. Мое личное наблюдение (очевидно, неверное): служанка, приоткрывшая полог ложа с обнаженной красавицей - вовсе не пожилая женщина, а сам живописец».
Стоим с В. у «Данаи» Рембрандта (буквально три минуты). В. говорит: «В Европе воцарились жуликоватые, упорные проходимцы. Третье сословие, буржуазия. Не то, что коллекции, которые дворяне копили столетиями, душу за деньги продадут. Вот Екатерина Вторая - немецкая нищая аристократка. Воцарилась. Но, это же Западная Европа и есть. Она у алчной западной сволочи, используя русский неисчерпаемый ресурс, огромными кусками «выхватывала» сокровища - скульптуры, картины. С Петра началось. Тот мастеров, архитекторов оттуда экспортировал. Екатерина следом пошла. Выходит, спасала лучшее, что было в Европе. Неплохо устроилась!. Землевладельцы из Франции «профукали» власть, а Империя наша их же лучшее и переняла, и спасла». Подхватываю мысль: «И они нас за это ненавидят! Терпеть не могут людей их же крови и происхождения. Говнистая публика, пошедшая плесенью на теплой сырости Гольфстрима».
Основа экспозиций Эрмитажа - коллекции, купленные за рубежом. В Екатерине Второй совместились западная культура, немецкая сухость, русский размах. И как не обалдеть от материальных и духовных возможностей, подаренных великим государством! Скупка западных собраний поставлена на поток. Подобрались советники, в частности, Дени Дидро (бывал в России, оценил масштаб). Дидро насоветовал: «Купи-ка, государыня, коллекции Брюля, Уолпола, Кроза - не прогадаешь». Дмитрий Голицын дружил с Дидро, занимал пост посла в Гааге, в Париже, вел с семейством Кроза переговоры о приобретении. В Россию «уплыла» бессмертная «Даная», а также картины Рубенса и «Юдифь» Джорджоне. Говорю В.: «Юдифь» - вещь бытовая. Это - дверца шкафа. Художники, даже Леонардо, утверждали: мы - ремесленники. Богатый человек приобрел платяной шкаф. Нанял ремесленника Джорджоне. Он шкаф расписал. Много их по Италии ездило в поисках заработка. Никто не знал, что Джорджоне - выдающийся. Дверка оказалась у Кроза. Кроз, через Голицына, продал «элемент мебели» Екатерине. Делали дело тихо. Когда французы узнали, что «Даная» и «Юдифь» оказались в России, поднялся вой. Бессмертные творения в лапах у варваров! Спрашивается: Дидро варвар или немецкая принцесска лесная лахудра? Вот так и работали. СМИ и пропагандисты - боевики и в те времена. По сути, ничего не изменилось и сегодня. И причем здесь варвары? Сделка заключена по французским законам. В Париже, в Национальной библиотеке, сохранился торговый каталог коллекции Кроза, а также сопутствовавшие сделке документы. Нечего зубами щелкать! Кто успел, тот и съел. Все вопросы - к обнищавшему французику.
«Данаю» перемещали с одного места на другое. Картина имеет такую же трагическую судьбу, как и Репинский «Иван Грозный». Репина резали, а в 1985 году ненормальный мужик напал на холст с ножом и кислотой. Стопроцентного восстановления произведения не получилось. Но случились открытия: очищенное полотно засияло новыми красками, вскрылись неведомые ранее нюансы. Мое личное наблюдение (очевидно, неверное): служанка, приоткрывшая полог ложа с обнаженной красавицей - вовсе не пожилая женщина, а сам живописец».