i_molyakov (i_molyakov) wrote,
i_molyakov
i_molyakov

Заметки на ходу (часть 415)

В компаниях у нас бывали художники, в основном театральные. Выпив, они лезли на стремянку что-либо подрисовывать у седовских богов. Появлялись античные вазы, кубки, виноградные лозы. Будто бы боги собрались на пьянку. Их подруги выходили фривольными. Юра не одобрял подобный подход и рассуждал о чистоте женщины.
За несколько лет стена покрылась фресками. Все время что-то дорисовывалось, что-то убиралось. Юра ничего не раскрашивал, и все осталось в черно-белом варианте. Это производило впечатление. Массивное панно обрушивалось на тебя, как только ты входил в дворницкую.
Жизнь наладилась. На моем участке располагались продуктовые магазины. Болгарские консервы, венгерские и польские куры, гуси, индейки. Финские яйца и, почему-то, сахар. Мясники меня уважали. Мы питались мясом. Седов любил рис.
Ирка была занята на учебе. Успевала готовить щи с мясом, картошку со шкварками и маринованными венгерскими огурчиками. Чай с иранскими финиками.
Мясники говорили: «Подожди, Игорь. После обеда будем рубить свежее мясо. Оставим кусочек».
За годы, проведенные в работе, выучил каждую зазубринку на стене, каждую выбоинку на тротуаре. Знал, где подналечь на лопату или метлу, потому что асфальт рябоват – тяжело пойдет мокрый снег.
Перед станцией метро клубились торговцы цветами. Торговые места должны быть чистыми, площадка после торговли – убранной. Кто будет убирать? Окрестные дворники. Дополнительные деньги. Червонец ежедневно, во время праздников – большая денежка.
Начиналась пора арбузов и дынь, на моем участке вырастали палатки. Опять – ежедневная уборка. Свет тянули из школы. Сберечь – в пяти метрах прохладный подвал. А ночлег? Торговцы готовы были платить – сезон, торговлю начинаешь рано, заканчиваешь поздно, тут тебе и бомбоубежище подойдет. Отношения с комендантшей у нас были – душа в душу. Дополнительные доходы делили честно, обмана не было, а работал я аккуратно. Когда уходил, комендантша жалела. За годы сработались.
Седов же выходил только на крупные деньги. Крупные деньги шли зимой, когда с крыш нужно было сбрасывать снег и сбивать сосульки.
Крыша на нашем здании опасная – крутая. Обмундирование – монтажные пояса, страховочные тросы, канаты. Махать лопатой на краю высокого здания совсем не то, что на земле. Смотришь – нет ли кого внизу? Там всегда дежурила или Ирка, или комендант. За такие деньги можно и побояться.
Отдыхая, садились с Седулькиным возле слухового окна, укрывшись от ветра. Юра доставал губную гармошку и выдувал мелодии. Город, в морозном сиянии, лежал перед нами. Крыши, крыши и крыши. Горел бронзой купол Исаакиевского собора. Небо, бледно-голубое, предзакатное, расковыривала Адмиралтейская игла. Мы зависали между прямых дымов, шедших от труб. Гармошка играла. Дым шел вверх. Лучи солнца падали на Исаакиевский собор.
Нужно идти вниз, убирать то, что накидали с крыши. Школьный двор-колодец должен быть убран от снега. Вход - через подворотню. Снег вывозили волокушей. Перов. «Тройка».
Человек ограничивает себя привычной одеждой. Эта несвобода бывает столь же сильной, сколь и незаметной. Неволя кроется в привычных словах, чувствах и образах. Замкнутый в эти «монады» Лейбница, человек успокаивает себя фантазиями о свободе, и лишь немногие догадываются об этих препонах. Некоторые хотят вырваться туда, где нет привычных пут.
«Фанни и Александр». Об этом «Пролетая над гнездом кукушки». Уильямс на своем «трамвае» катался, накачавшись барбитуратами, амфетаминами, кокаином. Пьяный, обманывал себя – вот она, свобода. Трахал мужиков – любовь не давала выхода. Нормальная любовь к женщине казалась тюрьмой привычки.
Горечь утраты – та же тюрьма привычного. Что может быть традиционнее скорби утраты? Что может быть скучнее тоски и отчаяния? Уильямс успокоился стареньким в любимом Нью-Орлеане.
Хулио Картасар. Его саксофонист – героинщик, старый негр – не из Нового Орлеана. Полной свободы нет. Есть лишь полная несвобода. Смешно, про бога. Привычка – давать безусловному противоположные, глупые, обозначения. Бог – что может быть нелепее?
Город, крыши и серое небо со шпилем Петропавловки не несли столько обмана, сколько тащит в себе человек. Небо Ленинграда не обманывало, было честным. Это успокаивало, было хорошо. Легче дышалось. Вот то пространство, в котором живет тусклое солнце воли, то есть абсолютной несвободы, необходимости.
Рядом Седов – в шапочке, фуфайке, в оранжевом монтажном ремне, на плече металлический трос. Он курит, молчит, смотрит вдаль. Я тоже молчу, и мне не хочется смотреть с высоты в расщелину Среднего проспекта. Там люди, трамваи, автомобили. Хочется смотреть на молчаливого Седова, небо и шпиль крепости. Иллюзия воли.
Приятно по утрам, в субботу. Библиотечный день. Не надо идти на занятия. Тело слегка ломит после уборки снега. В комнате тихо, скребется будильник. Свет настольной лампы, обшарпанный стол, книга и лежащий меж страниц карандаш. Буду читать весь день – с восьми утра до шести вечера. На ногах толстые шерстяные носки, а на плечах маленькое одеяльце из верблюжей шерсти. Ногам тепло, плечам мягко, колотится мысль – голова с морозного воздуха свежая. Чтение трудно, но хочется читать.
В душе любовь к Ирке и приязнь к Седову. Их нет дома. Но вечером они придут. Тогда мы пойдем в театр или в кино. Будет падать крупный снег. Может, будет ветер. На столе, рядом с книгой, чай с лимоном. Мельхиоровый подстаканник – подарок Бесстрашникова (а верблюжье одеяльце - Петровой). Бесстрашников вообще любит делать некомплектные, но «старинные» подарки – мельхиоровые подстаканники, серебряные ложечки, молочно-белые, с золотыми ободками, чашечки для кофе. Фарфор девятнадцатого века. И все – в одном экземпляре, из неведомых, пропавших во времени наборов. Это – счастье.
Tags: Заметки на ходу
Subscribe

  • Мелочь, но приятно

    Марийская республика. Современнейший завод «Маримолоко» производит сгущенку высочайшего класса. Приехал познакомиться с руководством и коллективом.…

  • Мелочь, но неприятно

    Наши газеты валяются в подземном переходе. Хорошие газеты, но люди халявы не ценят. Обидно.

  • Мелочь, но неприятно

    Тот же самый проспект Мира, только дом 96-й. Ну что ж, оцените то, что увидите.

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments