i_molyakov (i_molyakov) wrote,
i_molyakov
i_molyakov

Categories:

Москва. 22 - 25 апреля 2017. 31

Сериал - дешевое подобие кино. Памятники наставшей контрреволюции - дешевое подобие людей, деяния которых запечатлеваются несерьезно. В бедных африканских странах военные начальники носят форму пышную, декоративную - не вояки, а убранные игрушками елки. По основным жизненным показателям страна скатилась к уровню беднейших государств. Посмотрите, сколько развелось золотопогонников, дешевых изваяний по городам и весям!
От «игрушечного» Владимира - к старому зданию университета. Факультет журналистики. Мальчики-девочки расселись у подножия памятника Ломоносову. Сажусь рядышком. Слушаю. Девочки (что обидно) выдают все более убогие тексты. Щебечут о том, как пощебетать. Разговор нескольких пацанов заинтересовал. Колючий, растрепанный паренек в зеленой армейской курточке, бравируя лихостью, кричит в запале: «А дела смотрите не в телике! Решили отдать земельку под радиоактивные отходы? Со всего мира везут. Даманский - не отдали, воевали, а нынешние - территориями откупаются. Все, кто наверху, проверку прошли. В элите мира теперь. Но местная сволочь слишком жадная - не щадят своих, миллионы сгинули. Теперь «губу раскатали» и - за границу. Не понравилось, прижимать начали. Нашему правителю - выбирай: ты с нами, кто миллиарды сколотил на глупом народе, или с мировой элитой. Заметался парень. Лафа закончилась. Наступает время выбора. Не для него - для нас. Нас же дохнуть заставят. Им-то что!» Толстенький парень в шароварах фирмы «Карра» оппонирует: «Ты кого имеешь в виду?» Тот, что в военной курточке: «Того, чье имя называть нельзя. Университет дай закончить - скажу. Устроили здесь помойку. Стукачи - среди своих же». Подключается еще один, коротко стриженный, в черной майке (хотя и холодно): «Серый! Зачем стучать! Так орешь - пол-Москвы слушает. И толку! Умник нашелся. А дело? Чтоб не орать, а перевернуть. Что потом?» Мальчик-шаровары: «Ничего не делать? Вот Серый разоряется. А может - провокатор, хотя я его сто лет знаю. С младших классов крикун был. Где был - тусовки срывались. В третьем классе собрались покурить все вместе, попробовать. В тот момент нас классная и накрыла». - «Друг! - орет Серый. - Пошел ты! Ты мне никогда другом не был».
Ухожу под возгласы пацанов. Выйдя из университетского дворика, поднимаюсь к Консерватории. Брюсов переулок. Пробираюсь со стороны маленькой церкви, между доходными домами начала двадцатого века. Все серо, солидно. А вот сталинский стиль - жилище Сергея Лемешева. Дом велик. Приписан к Большому театру СССР. Знаменитые танцоры, певцы, дирижеры. Всунули памятник Ростроповичу. Хороший виолончелист. Зарабатывал (вместе с Вишневской) на антисоветчине. Снова Рукавишников. Этот скульптор позиционирует себя славянофилом-белогвардейцем. Но лепит твердолобых либералов. Если Достоевский у Ленинки опрокидывался на спину, то инструмент виолончелисту служит подпоркой. Стул- седалище, предательски непрочен - вот-вот ножки расползутся. Грузное тело валится не на спину, а грудью стремится вперед так решительно, что стул вот-вот разлетится. И лишь виолончель временно спасает, держит антисоветчика. У Рукавишникова не люди, а деревья. Сильный ветер (истории?) раскачивает их из стороны в сторону. Тесную площадку венчают две «точки» - виолончель-спасительница и церковь Воскресения Словущего (как и большинство московских церквей, итог соединения различных архитектурных стилей в одном).
Tags: Москва
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments