i_molyakov (i_molyakov) wrote,
i_molyakov
i_molyakov

Categories:

Заметки на ходу (часть 370)

Высоцкого пели немного. У психологов были песни своего сочинения. За дисциплиной следили молодые преподаватели. Но каждый вечер по кругу шла шапка – скидывались. Хватало на три-четыре бутылки плодового вина. Пили из одной кружки, передавая ее друг другу.
Хмель нашептывал: "Да Бог с ним, с Высоцким". В печке потрескивал огонь, исполнители номеров под гитару нравились, повизгивали, как мыши, в стогу девицы. Угревшись, плавал в сладких ощущениях.
Петрова Танька – кто такая? Маленький ребенок, с мужем разводится. Не раскаивается. Кто бывший супруг Петров? Разве можно бабе вытворять такое? Моя мать, например… Опять же – Ярошенко. Один раз ее видел. Но – хороша. А вот Таня, в которой сомневаюсь, накормила горячими щами, дала сапоги и фуфайку. Что бы я без них делал? Мне приятно представлять красивую Вальку. Симпатична деловитость Петровой, ее раскованность. Почувствовал ее искренность. Но с другой стороны, хороша ли мать, которая лишила маленького человечка отца? С моей, частной, колокольни, выходит, что может быть хороша. Может и лучше, что она лишила Мишку отца.
Этот Высоцкий. Но – знаменит. И то, что Высоцкий, да и Рязанов, сидели на кухне у Петровой, мне, вроде бы, приятно.
Если бы пришлось жить с Танюшей в одной комнате – было бы у нас что-то? Баба-то, вроде, ничего. Прихожу к заключению, жить бы жил, а «остальное» – нет. А Ярошенко? Ведь один раз всего видел. Ни словом не перекинулись. Но вот она бы подошла для "другого". Это не хорошо и не плохо. Это никак.
Ощущение местности. Красиво – сосны, тонкие березки, черное озерки среди гранитных глыб. Моя это земля? Нет. Бескрайняя степь и глинистые обрывы берегов - вот мое. Здесь – хорошо. Но будто бы в гостях. На берегу среди сосен должны проживать рыбаки – бородатые балтийцы, в кожаных куртках, заготавливающие рыбу.
Чужеродный Выборг. И Шлиссельбург. Внутри, глубоко-глубоко, Высоцкий ближе к Выборгу, чем к Ленинграду. Совсем далек он от Уральска. Высоцкий ближе к прибалтийскому немцу – Альфреду или Курту. Устав после работы, выпив бормотухи, начинал убывать в мир снов.
Снился мне фашист Розенберг, «философ» третьего Рейха. Идет Альфред по городу Москве. Только-только защитил диплом. Теперь Альфред архитектор. Мог ли он стать Щусевым? Неясно с этими архитекторами. Есть в них тайна. Тайна империй. Их вожди организуют пространства. Архитекторы – на подхвате. Пирамиды, Парфеноны, Колизеи. Помогают устроить в историческом времени присутствие империй.
А что с внутренними пространствами, с просторами души? Их – кто организует? Не писателишки же, не пианисты и балалаечники.
Ахитектура - дело мистическое. Ее секреты открывают неохотно. Через два года Розенберг, уже в друзьях у Гитлера, вместе вышагивает по улицам Мюнхена. Пивной путч. Тюрьма. «Миф XX века». Правитель восточных областей. Архитекторы владеют тайной хаоса. Альфред болтался и по Выборгу… Очнувшись, просыпаюсь.
Был я в Кижах, и на Валааме, и на Соловках, и во Пскове, и в Новгороде – несовпадение с Выборгом, с Розенбергом и немножко – с Высоцким. А все-таки чужие города и земли - заманчивые.
Tags: Заметки на ходу
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments