i_molyakov (i_molyakov) wrote,
i_molyakov
i_molyakov

Дневничок, ЮБК.2. Солнце Симферополя

Больная шея – прямо накануне поездки, на правую сторону, голова не поворачивается. Очень больно. Или продуло. Или невралгия. В больницу попадаю редко – когда уже резать, или – инсульт. Верю – Крым поможет.

Раймон Арон. На юг беру не очень толстые (легко таскать на пляж), но необычные сочинения. Борщаговский. Клопов и Гордон. Амальрик. «Американа» Вайля-Гениса. Остановился на желчном Ароне – «Демократия и тоталитаризм». Разложение французского режима (а ведь демократия хоть куда!). Тут же – куда движется советский режим? Злорадный вывод философа – о несовершенстве всех режимов (в подкладке – а зачем жить человеку?)

Бесперспективность беспощадного бонапартиста реально уменьшала боль в шее. Мысль – им еще хуже. А как шикарно будут смотреться те, кому хуже в свете крымского дня.

Поезд-то плацкартный. Осторожная прижимистость. Мог бы и в купе. А зачем? К тому же – И., В., Н. – много, и все любимые. Оттого и надо – подешевле. От горячей любви.

Видеть не могу соседей. Мрачное терпение. Хорошо чешское снотворное. Прочел первые три странички Арона. Сон во всю Русь и Украину. Пограничники здесь. Пограничники – там. Квиточки о пересечении границы. Как заполнял – не помню. Как ел помидоры с колбасой (аккуратно подкладывала И.) – не помню. Помню, что у украинцев форма была броская (карнавал или клоуны). Бегали меняльщики на гривны. И. хотела разменять тысячу. Рыкнул - не сметь! Ведомы выгодные обменники в Симферополе.

В Симферополе был как огурец. Мозг почти чист. Любовался белым, словно сахарным, вокзалом с левого боку, склонив голову набок. Оттого вид зверский. Не бреюсь в Крыму. Ращу седую бороду. А архитектор белокаменного (такого же, как в Сочи) чуда – Душкин, 1951 год. Смешна фамилия. Южная и легкая – подходит для измученных войной и холодом советских граждан. Если бы у архитектора была фамилия Иванов, Сталин поменял бы ее на Балалайкин - чтоб народ радовался веселой фамилии создателя радостного заведения.

Очутились на платформе. Удивительные хвойные деревья. Серые, аккуратные плиты. Океан иного воздуха. У северян две кожи – внешняя, видимая. И внутренняя, невидимая. Холод – и, ощерившись миллионами малюсеньких иголок, на шею, плечи, грудь, спину и, простите, задницу (каковы в данном случае масштабы минимизации спереди у мужчин, умолчу) немедленно наползает невидимая броня «второй» кожи. Этот защитный слой с нами даже на жарком северном солнце в июле. Жарища, а задница холодная.

На платформе, в Симферополе – чудо. Механизм «второй» кожи Севера не срабатывает. Сними штаны – тишина. Сними шорты – тишина. Сними трусы (если в одиночестве) – снова тишина. Северяне в Крыму ходят в купальниках и плавках в магазины, столовые, даже на концерты. Они не бесстыжие. Они празднуют великое торжество индивидуальной свободы! Будто путники сбрасывают на привале неподъемные рюкзаки, расправляют усталые плечи – так широко дышат, освободившись от неимоверной тяжести «второго» северного покрова. В Крыму хожу в одних трусах по ночным аллеям Воронцовского парка. Ветерок ласково греет. А чаще – нет никакого ветерка. Штиль воздушного океана. И огромные (множество их) звезды над недалекой головой. Н. даже взвизгнула от неожиданности иноземного тепла. Как говорится – заморские страны. И. оставили в сквере. Сами – в обменник. По чудесному южному городу. В гимназии, кстати, в Симферополе, учились Менделеев и Курчатов. Всюду 230 гривен к тысяче рублей. Я нашел 250. Тут же купил вина – только «Массандра». Нарядная денюжка, гривна. Как и все в Украине, карнавально и несколько неестественно. На одной гривне – мужик. Подпись снизу – Владимир Великий. Город Киев. Одна страна, а воздушных океанов – два (на одну Россию). Как такую громадину содержать без тоталитаризма?
Tags: Крым
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment