i_molyakov (i_molyakov) wrote,
i_molyakov
i_molyakov

Москва. 27-29 октября 2016 года. 10

Лихачев схитрил: национальный характер - совокупность индивидуальных характеров, каждый из которых национален. «Нырнул» на иной уровень. А то, что в каждом национально - это-то что? Чем холоднее, тем схема академика все более приемлема. Холод пробирается за шиворот, стекает по спине, крадется к сердцу. Мелкая дрожь разрезает тело на атомы, каждый трепещет. Физиология - мать индивидуального. Чтобы выжить - тулуп, валенки, ушанка, водка, полено, банька, печка. Вот оно - русское. Видишь ли - социум, общество, православие, мессианизм, дух. Все это - если теплынь. Солоневич возмущался писаниями Федора Михайловича. Он, мол, рассказывал о людях, которых никто никогда не видывал. И Зощенко туда же: быт Советов, а - фальшь. Монструозные идиоты. Гитлеровцы массовыми тиражами сочинение травленого газом, переведенные на немецкий. Смотрите, наши уроды родились в горниле революции. Дети босоногих оборванцев, одевшись в драп и мерлушку, могут быть только такими недоумками. Солоневич «выныривал» на другой уровень: государство. Будто бы русский государственник. Доминанта его - инстинкт общежития. Может, верно. Холодно и далеко в России. Без общины не прожить. Бобылей считали не совсем нормальными. Но общинность - обуза, а не источник силы. Нынче времена холода. Всех - и горожан - трясет, колотит, все сыпется атомной пылью. Русское, неизвестно как, (повторю снова) в скорости «осыпания» соответствует тягучим процессам в природе (Паустовский, Пришвин, Иван Шмелев), в обществе (Толстой), в духе (Чехов). Горький летал с «европейскими» скоростями. Леонов («Русский лес») еще как-то держался. Нынешние - ошметки уехавшего цирка. «Сыпемся» - на Запад. Но - не быстро. Можно опоздать, и более прыткие, возвращаясь обратно, сомнут наши ленивые ряды.
Появились молодые люди в зеленых и синих накидках с надписью «Волонтер» (это когда увели неопрятных голландцев, а их место заняла группа чернявых испанцев). Раздают суконные одеяла. Расхватали, тащат новую стопку. Взял и я. Ничего, что похож на немца под Москвой в сорок первом году. Досталась «попона» темно-синего цвета. Со стороны можно принять за птицу додо, которую истребили в XYII веке.
Мальчик-дедушка с белоштанной бабушкой-девушкой уже не рассуждают о Бердяеве. Парень снял с головы шапку с помпончиком, надел на голову спутнице. Укрылись под одним одеялом, переплелись в молчании. Терпят. Так теплее. Сзади послышался властный голос дамы в длинной кожаной куртке. С ней – вертлявые арабчата. Пихаются, хихикают. Глаза большие. Блеск и худоба смуглых лиц. Дама в черном – словно комиссар из одноименного фильма Аскольдова. Заявляет цыганятам-арабчатам: «В шестнадцатом веке только два художника: Рафаэль и Микеланджело». Со скуки и для разогрева, видя надругательство над правдой, встрепенулся: «Что же вы врете, гражданочка? Ладно, арабы. Черт с ними! Голландцы не лучше. Но про двух художников - загнули. Может, и иконописцев в России, в шестнадцатом веке, двое - Даниил Черный и Андрей Рублев?» Комиссарша, грузна, словно крейсер, развернулась, взвизгнула (вот она - русскость): «Не вмешивайтесь. Накрылись одеяльцем - стойте». Я: «Если бы в Италии было двое - не мерз бы здесь! Живопись-то масляная. Идет спор, кто изобрел масляные краски. Один - де Мессина - с Сицилии, другие - в Бургундии. О «Северном Возрождении» слышали? Великий Дюрер. Привычен Брейгель. Остро социален Босх. А Леонардо - его куда? Масляная краска, как хроматические ряды в музыке, работали на обособление человека, на его будущие трагедии».
Tags: Москва. 27-29 октября 2016 года. 10
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments