i_molyakov (i_molyakov) wrote,
i_molyakov
i_molyakov

Categories:

Сначала смерть, потом - жизнь

Слушал рахманиновский «Остров мертвых». Мощь и мрачная кинематографичность. Рахманинов три года болел душою, ничего не писал из музыки. Не играл на фортепьяно. Не дирижировал. Психиатр Николай Даль (эти, из иностранцев, Дали всегда «на подхвате» у великих русских -  Даль и словарь написал, и, как врач, был последним врачом при умирающем Пушкине). Второй фортепианный концерт – Далю в благодарность.

Проблема: Сергей Васильевич безумно, всегда любил Родину – Россию. Без вопросов. Война. От богатого фортепианного исполнителя Рахманинова – реальные живые деньги. Помощь. Пожертвования. Советской стране. Любовь к Родине, в которой лично он, Рахманинов, жить не мог. Любить и не мочь.

Заметно – Рахманинов (седая головка, прическа – бобрик) чем-то неудержимо похож на Бунина (седые волосы, короткая стрижка). Один в Калифорнии. Другой – на Лазурном Берегу. И тоже – помощь. Деньги и деньги. Любить и не мочь.

Рахманинов удивительно современен. Напевность. «Колокола». «Всенощное бдение». С покойным Володей Бесстрашниковым. 1983 год. Чернушко с капеллой. Могила Пушкина. Святогорский монастырь. Как пели! Как было в душе великолепно и благостно! Жара и вечерняя тишь в Успенском соборе. И дух умиротворен и жарок. После такого – не возьмет никакая мерзость сегодняшнего существования.

Рахманинов любил, но жил в США. И был честен – не страна виновата в том, что я с семьей покинул ее (как у Эфраима Савелы), а я слаб от природы (психический срыв), чтобы выдержать неимоверную нагрузку бытия в новом, неведомом мире. И никакой вины в этом великой советской страны – нет и быть не может. Рахманинов, 1934 год, Беверли-Хиллз: «Лишившись Родины, я потерял себя. У изгнанника, который лишился музыкальных корней, традиций и родной почвы, не остается желания творить, не остается иных утешений, кроме нерушимого безмолвия нетревожимых воспоминаний».

Но вслед за «Всенощной» - то, что в сердце любого умного русского, – чувство и знание смерти, а значит, и бесконечности. «Любая музыка, только смолкнув, перестает существовать». И – знаменитое рахманиновское: «Сначала – смерть, потом – жизнь!» Тут – тайна «Утеса», «Острова мертвых».

Грозный гул «Острова мертвых» - рев авиационного мотора на АНТ-25. Великий русский летчик, дворянин Громов. Громов – учитель простого русского парня Чкалова. Громов мог уехать после революции. Сил было больше, чем у Рахманинова. Он безмерно любил старую Русь, но смог принять новую, неведомую ему Россию – СССР. Он знал, что делать с великой и дикой Россией. Он знал, что делать с миллионами Чкаловых. Их надо учить. «Мы мировее всех», - сказал Громов. Как и Рахманинов, ведал, что есть смерть и бесконечность.

И Сталин знал, что делать с миллионами Чкаловых. Им нужно дать в руки штурвал истребителя. Но только важно, чтобы истребители сделали сами Чкаловы. Их нужно этому научить. Вот и учили – семинарист Джугашвили и ученик Жуковского Громов. Знали – нужно поощрять и хвалить. Через Северный полюс, в 1937-м должен был лететь лучший – Громов. Но Сталин решил – первым пойдет Чкалов. Громов ничего не боялся. Спросил прямо – почему? Сталин собрал Политбюро. Большевики решили – через три недели пойдет экипаж Громова. Знали – крестьянских парней нужно поощрять. Но и дворянскую – мужественную и деловую косточку – ломать не стоит. Некому народ будет учить. Герой-интеллектуал Михаил Громов. Умный был. Все понимал. Писал: «Пересекать границу Мексики нам не разрешили. Во-первых, потому что нужно было показать именно американцам нашу технику, как стране с наиболее передовой авиацией. Во-вторых, в Мексике в это время жил враг Советского Союза Троцкий». И реально – вытащил из лагеря С.П. Королева.

И Громову, и Рахманинову, и Бунину не нравилось, что Россия это лишь полешка для мирового пожара? А мы без России – ничто?

И семинарист Джугашвили к выходцам из Одессы тоже благосклонностью не отличался. А Мейерхольд-то, если про культуру и Россию, пострашнее Троцкого будет? А попробуйте не соединить первую симфонию Рахманинова или шестую симфонию Чайковского с мейерхольдовскими театральными опусами. Троцкому – ледоруб. Мейерхольду -  резиновая дубинка. Мандельштаму – сами знаете что. А Громову (хоть Сталин и недолюбливал гордого и независимого летчика) – звание Героя Советского Союза.

В «АССЕ», у Соловьева, Гребенщиков здорово поет: «ВВС – военно-воздушные силы…» Сначала смерть, потом – жизнь.

Subscribe

  • Выставка. 52

    Говорили хорошо. Заместитель Церетели сказал: «Видим здесь сложившегося мастера. Он работает и в жанре пейзажа. Удаются ему портреты. Хочется…

  • Выставка. 51

    М. с утра был строг и светел. Намазывал масло на хлеб, пил сладкий кофе. Выставка его картин в Думе открывалась в два часа дня, а до этого был…

  • Выставка. 50

    Возбужденные музыкой, в приподнятом настроении, отправились с Ю. прогуляться по Москве. Позвонила мама, попросила купить хлеба. Перед выходом на…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments