i_molyakov (i_molyakov) wrote,
i_molyakov
i_molyakov

Заметки на ходу (часть 327)

Экзамены в восьмом классе сданы на «отлично». Перешел в девятый класс. Стремление уехать в Москву только усилилось, что сказалось на ужесточении дисциплины.
Окончил музыкальную школу. Отыграл на «отлично» заключительный концерт. Концерт был основан на произведениях Глиэра и братьев Воробьевых (это у нас, в Чувашии, были такие композиторы). Татьяна Михайловна волновалась перед концертом. Глиэра в Новочебоксарске еще никто не играл. Даже Таньке Филиной, еще одной выпускнице Татьяны Михайловны, она Глиэра не доверила. Нас с Танькой Татьяна Михайловна любила, а когда мы отыграли, даже расплакалась и расцеловала нас на прощанье.
На фотографии перед зданием музыкальной школы – Татьяна Михайловна с животиком (как выяснилось, она ждала сына, этот сын был потом моим студентом в университете), Таня, ее мать, моя мать и я.
С музыкалкой что-то ушло. Образовалось незанятое время. Иванчик после восьмого класса поступил в школу олимпийского резерва. От природы стройный и длинноногий, он окреп, раздался в плечах. Ноги стали мускулисты. Хорошо он смотрелся в спортивных трусах – стремительно и бескомпромиссно.
Наши с Седиком ноги выглядели хуже. На уроках физкультуры, в беге и на пятьсот, и на тысячу метров, Иванов легко обходил нас, задыхающихся. Он стал лучшим в школе бегуном. Правда, весь сотканный из противоречий, Юра как раз после восьмого класса стал усиленно курить. Курил он изящно, невозмутимо и снисходительно. Длинные пальцы нежно держали сигарету марки «Opal» или «Стюардесса», а рука была опущена и слегка откинута в сторону.
«Иванчик, не выпендривайся со своими сигаретами. Твой выпендреж просто дурость. С одной стороны, ты тренируешься, а с другой - разрушаешь свой организм. Это же дурдом», - трындел я.
«Ты, Моляк, ничего не понимаешь. Ты думаешь, что жизнь - это черное или белое. Жизнь и то, и другое одновременно. Отсюда привлекательность. Девки живое начало чувствуют и лезут знакомиться. А как знакомиться, если чуть-чуть не выпить? Вот вокруг меня девки и крутятся. Потому что во мне есть тайна. Перчик во мне есть», - отвечал он.
Мне девок хватало. Как начнешь что-нибудь рассказывать – они тут как тут. У Седика свои резоны. У него была чистая любовь. Любви земной – с сигаретами и вином – ему не хотелось. Любви земной ему хватало с постоянно поддатым отцом дома.
«Хрен у тебя перчиком натерт», - говорили мы Иванчику, и каждый оставался при своем: мы – с убеждениями, Иванчик – с красивыми девками.
Иванчик заработал первый взрослый разряд, а потом стал и кандидатом в мастера. Носил свой значок кандидата на лацкане пиджака. Он продолжал получать контрольные задания из МИФИ. Аккуратно решал их.
Старший брат Борис осуждал Иванчика. Бесконечные звонки, гуляния. Борис был высокий, огненно-рыжий, спокойный юноша. На два года старше нас, по окончании школы он не поехал в Москву (хотя, как и Юра, решал приходившие из Москвы задания), а поступил в местный университет, на факультет математики и механики.
Борис живет с родителями бобылем. Посещает шахматный клуб при ДК «Химик». Ходят слухи, что Боря выпивает.
В те годы по школам ходили жилистые дядьки и уговаривали мальчишек и девчонок записываться в спортивные секции. Я выбрал секцию бокса при ДК «Химиков». Седов вместе с братом Володей ездил на стройиндустрию и там занимался вольной борьбой. Брат Седика стал мастером спорта, а Юрка никем не стал.
Примкнул ко мне и Ларра. Тренировки проходили без дураков. Тренер гонял нещадно. Занятия состояли из сложных разминок. Главное для боксера – мощное дыхание. Бегали по дорожкам в роще. Там же подтягивались, ползали на корточках, прыгали через скакалку. Было нас со всех школ человек тридцать. Вот так мы пыхтели и пердели среди желтеющих дубов и вянущей травы. Под бледно-голубым небом.
До боксерских перчаток никто не подпускал. Почти два месяца вели бой с воображаемым противником. Когда же дали перчатки, на ринге нам так навтыкали, что дня два у меня шла кругом голова.
Поразмыслив, решил перейти в борьбу. Что осталось от бокса – так это разминочный бег. Начиная с девятого класса я побежал. Каждое утро мне необходим бег.
В сыром октябре бежишь по лесу. Кайф. Под легкой курткой тело твое разгорается, как печка в бане. Усталости – никакой. В беге ты свободен и эффективен. Голова думает. Мысли сливаются с чувствами удивительно причудливо. Такого богатства внутренних заготовок, сидя за столом, никогда не удастся наскрести. А во время бега – прет и прет. Передвижная лаборатория. Прибегаешь домой – записывай. А не записываешь, так просто кайфуй от мысленного «калейдоскопа».
Tags: Заметки на ходу
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments