Дорога
Смеялась громко. Я не знал,
Что это было -
Начало или же финал,
Но, все же, мило.
Ей нет еще и двадцати -
Лишь восемнадцать.
Ей срок вернуться, отойти,
Не нарываться.
Один, козлистый, вновь и вновь
Бодал, играя.
И тот, кто криво хмурил бровь,
Шептавший: «Зая…».
А тот, кто тощий и смешной,
Почти забытый,
Стелился тряпочкой льняной
На лоб открытый.
Он травкой нежной шелестел,
Что в меру прыток.
Но как он сотенку узрел
Среди открыток?
Не помнит, сколько, но они,
Бесспорно, были.
Почти до края довели,
Но не убили.
Смеяться глупо: уж потерь
Случилось много.
Туда давно открыта дверь,
За ней - дорога.
Ведет она в пустынный лес,
Где Лихо бродит.
И тот, кто умер, но воскрес,
Все колобродит.
Что это было -
Начало или же финал,
Но, все же, мило.
Ей нет еще и двадцати -
Лишь восемнадцать.
Ей срок вернуться, отойти,
Не нарываться.
Один, козлистый, вновь и вновь
Бодал, играя.
И тот, кто криво хмурил бровь,
Шептавший: «Зая…».
А тот, кто тощий и смешной,
Почти забытый,
Стелился тряпочкой льняной
На лоб открытый.
Он травкой нежной шелестел,
Что в меру прыток.
Но как он сотенку узрел
Среди открыток?
Не помнит, сколько, но они,
Бесспорно, были.
Почти до края довели,
Но не убили.
Смеяться глупо: уж потерь
Случилось много.
Туда давно открыта дверь,
За ней - дорога.
Ведет она в пустынный лес,
Где Лихо бродит.
И тот, кто умер, но воскрес,
Все колобродит.