?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Питер. Май. 2016. 6

В солнечных лучах Казанский собор выглядит легкомысленно: полукруглая колоннада насквозь просвечена, оголена. Здание превращается в четырехугольный пудовый мешок. Песчаный цвет здания перестает быть влажным, высыхает, светлеет. Дунет ветерок, развеет храм-призрак. Но собор не сдувает. Творение Воронихина зыбко дрожит в бронзовом сиянии, рождая воспоминания об американских пеплумах, когда не применялась компьютерная съемка. Праздничная погода в Ленинграде дает ощущение новой реальности.
Булгаков явление Воланда делает всепогодным. Ясно - лето. Башку Берлиозу отрезает в солнечных лучах? Было ли пасмурно, ветрено? Начало булгаковского опуса создает впечатление духоты. С годами проясняется - основной мотив повествования не Мастер, не ведьмочка Маргарита, не Князь мира сего. Головная боль, что взрывает башку Прокуратора - стержень.
Напротив воздушного Казанского, у памятника Гоголю, поставлена сцена. Метров сто до памятника - торговые ряды. Со сцены - жизнеутверждающие вопли: «С праздником Светлой Пасхи! Христос воскресе!» Нестройные голоса: «Воистину воскресе!». Крашеные яйца из фанеры, безразмерный лазерный экран. Попик, весьма симпатичный, в черной рясе, с черной же доцентской бородой, повествует о значении праздника Пасхи для православных. Замечаю: «Трудный для наших попиков момент - еврейский праздник подверстали в христианское учение, раздули нечто вроде первомайских торжеств. До конца операция так и не удалась. Смотри, как мучается, сердешный», - указал на священнослужителя на экране.
Идем в торговые ряды. Товар для подобных торжищ обычный: разноцветные платки, сувениры. Есть несколько лабазов со съестным: меда из различных районов России, куличи, обмазанные глазурью, самовары, чай, сбитень, иконы в металлических и деревянных окладах.
На сцене буйствуют шоумены. Она - в русском национальном наряде. Вышивка на платье угловата, покрывает его плотно. Значит, ближе к Северу (в южных регионах царской России праздничные наряды были иными). Мужчина - вылитый попик с экрана, только бритый. Лихая кепка восьмиклинка, из-под нее - огромная алая гвоздика. Шелковая фиолетовая косоворотка. Подпоясан сиреневой веревкой с фиолетовыми кистями. Шаровары внапуск на лаковые сапожки. Девица, играя блестками на кокошнике, сложив ручки лодочкой, покачивает всем, чем можно, приплясывает под озорную гармошку (баянист наяривает тут же). Периодически псевдославяночка тонко, пронзительно повизгивает. Парень в кепке перед немногочисленной толпой изображает искрящуюся радость.
Настроение у меня хорошее, ору: «Чего радуешься, хлопец?» - «Так Пасха же, праздник-то какой!» - необязательно, скороговоркой, не видя меня, бросает молодец в толпу. - «А какой праздник-то, чего радостного?» - весело ерничаю я. - У художника Перова, а он - авторитет, попы на Пасху выпивали сильно вместе с честным народом». Парень больше не отзывался на мои глупости, а орал: «Кто не поверил в воскресение Христово? Петр - раз, Фома - два, Иуда - три». Девки снизу вопят: «Иуда не поверил, Иуда». Безграмотность молодой смены возмутила: «Фома!» - хором с М. орем восьмиклинчатому. Парень: «Правильно, Фома».
Посылаю за призом М.. Возвращается со свечкой в виде белого барашка: «Агнца отхватили», - удовлетворенно замечает он. Шоуменка, под дикую гармошку, продолжает покачивать сложенными ручками. Время от времени ручку поднимает, откидывает из кулачка большой и указательный пальчики, укладывает в раскрывшийся кулачок подбородок с ямочкой: «Набранная в родничке вода становится на Пасху святой, если ее набирают и несут домой молча, в тишине - раз, в церковь…». Снова наш дуэт: «Если воду несешь молча». Столь быстрый ответ тех же весельчаков огорчает ведущего. Он раздраженно топает сапожком, но теперь уже мне достается, неизвестно из чего сделанная, фигурка бурого мишки с лукошком, из которого выглядывает девочка Машенька.
- «А теперь, - решительно провозглашают он и она, - Народный ансамбль песни «Крупеничка» под управлением Надежды Ю…ой». «Крупеничка» (одетые в богатые вышитые платья и кокошники, старушки высыпают на сцену) имеет своих мужиков-баянистов. Аккомпаниатор, что наяривал при шоуменах, исчезает. По краям сцены утверждаются основательные усачи с большими баянами. Лица натренированы изображать нежную ласку к теткам-пенсионеркам, собирающимся кивать головами, покачивать объемными филейными частями. В прекрасном расположении духа оставляем гульбище пенсионеров на поруки печального Николая Васильевича.
Дом книги - драгоценный громоздкий ларец. Молодые ребята болтаются на красных канатах, драют щетками полукруглые окна здания. Стекла блестят, отражают Невский, забитый людьми, канал в прогулочных теплоходиках. Что за стеклами - не видно. Чисто вымытая поверхность превращается в таинственные зеркала. Взоры за них не проникают.

Tags:

Latest Month

November 2018
S M T W T F S
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
252627282930 

Tags

Powered by LiveJournal.com
Designed by Lilia Ahner