?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Детство – период в жизни человека обычный. Не хороший и не плохой. Только омерзительного в нем и страшного ничуть не меньше, чем в другие периоды. Дитя неразумно и не понимает, что происходящие с ним вещи убоги и безнадежны. Потом, повзрослев, человек осознает, что то, что сейчас раскрылось перед ним как ужасное, начинается оттуда, из детства. Первые догадки приходят к человеку в ранней юности. Оттого так тяжел, сногсшибательно яростен этот период в жизни. Взрослые, если они считают себя хорошими родителями, неизбежно разворачивают остатки хорошего на ребеночка. В ребенке уже пошел необратимый процесс распада, но родители, бабушки и дедушки валят на дитя оборванные лохмотья своего добра, думая, что эти остатки счастья спасут. Жизнь будет оправдана.
Чем больше упадет на обнаженную душу ребенка пыльного хлама добра, тем больнее будет вырастать из этого мусора душа, тем холоднее ей будет на ветрах жизни.
Дети – не цветы жизни. Дети – наше возмездие. Самое страшное, потому что оно настигает даже самых «добрых» и «хороших» родителей. Им-то больнее всего. Им-то казалось, что своей добротой они уже оправдали свое существование.
Они не откупились. Самые защищенные добротой души оказываются беззащитными. Приходит прозрение, многие не выдерживают, гибнут в мучениях.
Часто думаю о матери. Не об отце, а о ней. Кто открыл тот проход, сквозь который глядит на меня тусклое солнце воли. Кажется, что это сделала мать. Отец о многом догадывался, да не хотел связываться с этой операцией. Он не знал, как прикоснуться к душе, чтобы вскрывшаяся рана была ужасной, но не смертельной. Человек, живущий с раной, существует до тех пор, пока эта рана раскрыта. Зашей рану – человек умрет (хотя биологически будет существовать). Если рану разорвать вовсе – тоже смерть.
Бабуля Аня и мать - мои «хирурги». Бабуля показала место. Мать сделала в нем надрез.
Что была для меня мать? Человек, знающий мою тайну. Тайна – рана души. Рана, которую мама вскрыла.
Детство – время, когда наносят рану. У диких племен – обряд инициации. Раны покрывают тела детей. Цивилизованные люди должны ранить дитя. Оно завопит от боли. Они же должны держаться вместе с ребенком, до самой смерти. Родители должны нашептывать дитяти: «Ну, что же делать, дорогой мой! Терпи, терпи, родненький. Хотя, честно тебе скажу, я не знаю, зачем эта рана, эта боль, но без нее – не жизнь».
Мама нанесла рану и не отходит от меня. Я различаю ее шепот: «Что же делать, сынок! Терпи. Терпя боль, умирать легче, чем умирать в глупой радости».
Из последних сил мать служит раненому Мише, душа которого, зияющей раной, распахнута пустому мирозданию. Два этих человека бьются рядом с пропастью Мишиного духа. Мише тяжело. Но твердит одно – я не сдамся и не продамся. Буду рисовать неистово, как Филонов. Не для продажи. Для вечности.
Юрка Иванов, окончив МИФИ, попал в команду, которая делала «Буран». Он был в группе, которая рассчитывала для корабля защитный слой. Юра, видевший чудо-корабль в ангаре, говорил, что не может его забыть. В душе родился образ, который не оставляет черное пространство и плывущий в тишине «Буран».
Образ чист и светел. Иванчик почувствовал, в связи с этой холодностью и чистотой, свое несовершенство. Захотелось чистоты космоса. «Ты знаешь, Моляк, - говорил он мне, - показалось, что мне просто не хватает грамоты, знаний. И от моей убогости, в том числе, не стало «Бурана», да и страны не стало».
Юра набросился вновь на учебники. Поступил на математический факультет МГУ, на вечернее отделение, и занимался как проклятый. Пошли разговоры, что он уедет преподавателем в Австралию. Потом разговоры прекратились. Осталась жена Ирина (вторая), трое детей (один от Ирины, а двое от первой жены, один сын приемный). И пошло – квартира, деньги. Нынче Иванчик владеет фирмешкой. Фирмочка производит дубовый паркет для богатых. Сырье Юрчик возит с Дальнего Востока. Видится ли ему «Буран» в холодной пустоте космоса, он мне не сообщает.
Гордый Ларра сильно пьет. Работал экскаваторщиком. А ведь как много читал! Как плакал он над Гуинпленом и Деей!
Седик, собака, жив. У него жена Галя. Есть сын. Седов окончил институт и работает в маленькой строительной фирмочке, которая наводит по конторам евроремонт. Душа его окунулась в пряный рассол эзотерических исканий. Искания он проводит с какими-то перезрелыми девицами. Товарищ довольно активный в этом деле. Меня тоже упорно приобщает.
Мне приходится писать «Заметки на ходу». Надо. Больше некому, как оказалось.

Latest Month

October 2018
S M T W T F S
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
28293031   

Tags

Powered by LiveJournal.com
Designed by Lilia Ahner