?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Между темными елями пушкинского музея - два больших стенда. На одном - Кранах («Мадонна с яблоками»). И - «Олимпия» Моне. Накрапывает унылый дождь. Ветер слабо колышет рекламные полотна. Времени мало, а все же нужно выстоять очередь. Людей немного. Выставки идут давно. Хорошо, что музей закроется в 20.00. Публика, как и я, пожилая. Не раз видел, где и что в музее. К тому же, слепки, не натура. Но сложившаяся десятилетиями привычка влечет сначала в центральный зал (скульптура Давида Микеланджело). Потом - греки, римляне, кудесники итальянского Возрождения. Италии несравненно больше, чем северного Ренессанса. Так в Эрмитаже, так и в слепке с него – в Московском собрании.
Голландцы и немцы орудуют красками, как снарядами: деревья, плоды, горы, фигуры людей болезненно ярки, разламывают унылые побережья тусклых северных краев. Итальянцы щеголять краской не спешат. Изображению помогает свежий воздух, нежное солнце щегольского полуострова-сапожка. В Голландии ласковости нет. Берут лихорадкой красок. У изображенных дам румянец, как у больных с температурой под сорок.
Не краски, так глубокомыслие (как у Дюрера) лезет прямо в глаз, а через него и в мозг. Босх с уродливым трагизмом (возрожденческая «чернуха»), Брейгель с напускной фрагментарностью. Клочковатая композиция, словно деревенская домотканая дорожка. И - безнадега. Слепой - проводник у слепых же. Знатоки ощущали тяжкий минор северных мастеров. Полотна голландцев старались брать в черные тяжелые рамы. Болезненное возбуждение тонов подталкивали черным. А может, и усмирялось.
Кранах в Эрмитаже - в черном. В главном зале, в потолке, - трещина. Небольшая, но заметная. Как раз там, где стоит церковная кафедра. Бенедетто ди Мийо с изображениями сцен из жизни св. Франциска. В четвертом веке до нашей эры - Пракситель. После Мирона, Фидия, Поликлета. Уже после них Пракситель совершает революцию. Стал делать обнаженные женские статуи. В далекие времена не существовало разделения на порнографию и эротику, высокое искусство. Лицо женщины открыли - уже великое достижение. Она - производитель того, что дороже алмазов, золота. Дает жизнь детям. В Греции облегчало задачу то, что было понимание «чуда» как категории. Затем - опосредованное понимание красоты. Медленно - лицо, обнаженные руки, богато ниспадающие ткани. Со складками ткани в скульптуре возились несколько веков. Количество впрыгнуло в удивительное качество. Пракситель убрал тунику. Явил девушку голой. Революция - осторожная. Одна скульптура - фигура, завернутая в ткань. Другая - обнажена.
Жители острова Кос, заказавшие скульптуру, потрясены раздетой. Взяли ту, что обернута в ткань. А вот жители с острова Книд взяли себе голую Афродиту. Остров прославился. Повалили древние туристы посмотреть, как выглядит чувственное чудо, размещенное в небольшом храме, продуваемом со всех сторон, построенном на возвышенности. Противоречие - ехали смотреть на голую или на красивую? Еще сложнее - может, на то и на другое? Вывод: всякая революция величественна великими вопросами. Оправдывались - нужно поклониться богине. Такой и вышла на берег из вод морских шикарная женщина. Великое ханжество - также отрыжка великих потрясений. Между тем, Пракситель продолжал ваять, почувствовав удачу (эгоизм любого революционера). Работал с Фриной (самой известной гетерой древнего мира). Статую, сработанную с изысканной блудницы (до сих пор фотографы на этом спекулируют, фотографируя бесстыжих девах), мастер покрыл золотом. Ее выставили в Дельфах. Плиний ездил смотреть, написал в исторических хрониках рекламную рецензию на золотую женщину. Мол, безмерно знаменитая статуя. Царь Вифинии, Никомед, в 3 в. до н.э., за долги, пожелал забрать у книдян их сокровище. Собирали по домам последнее. Долг вернули. Статую - не отдали. Эталон Праксителя окружили великими дамами. И это уже не копии. Вкрадчиво толкуют: «У нас здесь культурное заведение. От земного мы ведем неразумных людей к небесному. Джузеппе Романо (школа Рафаэля) - «Дама за туалетом». «Темнокожая Венера» Гогена и, высоко над дверным пролетом, торжествующая надпись: «Олимпия». Получилось проблематично: или «Олимпия» - верх неземного и прекрасного, либо земное все же одолело небесное. Тогда Пракситель - эталон, преданный и проданный человечеством.
В XIX веке (а Мане написал свою девушку в 1865 году) обнаженная натура не была чем-то удивительным. И все же на выставке ее повесили в темный уголок, над дверью. И все-таки скандал случился. Грандиозный. Такого не было со времен появления полотна Романо «Лукреция Боржия». Мане обвинили в порнографии. Тот лепетал в оправдание, что хотел быть современным. Пересмотреть формат Тициана («Венера Урбина»). Вдохновение пришло по прочтении Александра Дюма-сына «Дама с камелиями». Никто не слушал. Картину не сняли, но вынуждены были приставить к ней полицейскую охрану. Буржуа увидели то, что боялись увидеть, но к чему вожделели.

Latest Month

October 2018
S M T W T F S
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
28293031   

Tags

Powered by LiveJournal.com
Designed by Lilia Ahner