i_molyakov (i_molyakov) wrote,
i_molyakov
i_molyakov

Москва. 19 февраля 2018 - 22 февраля 2018. 24

Шишка не ноет. Веки легкие. Правая сторона тела «позабыла» о своей неуклюжести, суставы руки и ноги хорошо «смазаны», ощущаются почти здоровыми. Семьдесят пятый павильон из стекла. Стекла больше бетона, оттого он светел, легок. Чем легче телу, тем глубже мысли. Физически хорошо - успешнее мыслится о трагедиях, катастрофах и межличностных конфликтах. Даже галстук и выходной костюм терпимы.
Есть субъекты, в физическом благополучии склонные к глупостям и потешным безобразиям. При этом помню, по-разному это проявляется в толпе и в одиночестве.
На первом этаже павильона многолюдно. Подметил: на девяносто девять процентов - молодые мужчины, крепкие, не старые. Держат за руки пацанов, что-то объясняют. Обстановка подходящая. Распахиваю шотландское пальто и модный шарф, засовываю перчатки в карман.
Солнце сквозь стекло стен жарит по-весеннему. С.П. сообщает, что надо найти Кузенкова. Идем направо, в крыло, предоставленное под охотничьи товары: «Нет, - заявляет С.П., глядя на плотное многолюдье любителей пострелять, - здесь его трудно найти». Перемещаемся к противоположному крылу - в «царство» рыболовов. С еще большей решительностью мой спутник говорит: «Ну, здесь точно не найдем». Поясняет, что этот Кузенков - главред охотничьего журнала. Он пригласил в качестве почетных посетителей С.П. и Д.З.. Пригласительный - красивая, внушительных размеров, открытка для Д.З. досталась мне.
Эскалатор. Второй этаж. Внутри корпуса, выполненного в форме цилиндра, конференц-зал. Стены помещения, снаружи и внутри, выкрашены в яркий морковный, почти рыжий, цвет. Фойе - велико. Несколько рабочих в комбинезонах разворачивают толстые кабели, ставят звукоусилительные колонки, примеривают на треноги экран. Кто-то станет петь или говорить, а сзади, на экран, выведут видеоизображение.
У входа в зал - рослая охрана в черном. Приглашения «срабатывают», оказываемся в центральном проходе. Стены - рыжие, стулья с мягкими подушечками привинчены к полу, как в кинотеатрах, а с предыдущего ряда можно удобно разместить под руками откидывающийся столик для записей. С.П. скидывает кожаное пальто на меху, кепку, но броский шарф, как директор Эрмитажа, Пиотровский, оставляет на шее. Идет в президиум, подзывает меня, и женщина в летах регистрирует нас. Зал не полон, но люди прибывают. Присутствуют всего три-четыре женщины, они ведут всю административную часть - регистрацию, составление списков выступающих, встречу прибывающих. Женщины легки, симпатичны. В джинсах и обтягивающих свитерах. Присутствующие в неформальной одежде. Некоторые (по первому впечатлению) только что из леса. Белая рубашка С.П., в приглушенном свете зала, смотрится, как белый зуб, единственный в темном провале рта. Он шустро перемещается по залу, здоровается (с некоторыми особенно приветливо). Обнимается с грузным дядей в сером джемпере (это и есть главред).
Неяркий свет, необычная окраска стен навевают отвлеченные размышления. У людей в возрасте стойкое представление о первичности эмпирического. Даже вера в бога у пожилых практична: «Скоро встреча с Всевышним, пора думать о душе. Деньги на похороны. Хороший гроб - в сарай. Продуманное завещание. Место успокоения». Здесь - рациональность. По молодости мысли о Боге, неопределенны, служат источником воплощения характерных черт - упорства, силы, приоритета воли, лидерства. Незрелые склонны пофилософствовать. Увлеченность капризной девчонкой «Софией» - дело пацанов. Некоторые до старости пребывают в состоянии пустопорожних фантазий. Разве Кант, оригинальничавший до глубокой старости, - не застывший в развитии пацан? Шопенгауэр - вредина, мальчиш-плохиш. Ладно, Гегель с Фейербахом (каждый по-своему) избавлялись от гнетущей идеи о существовании высшего разума (Господа). А так называемые святые-начетники? Конец (закат) христианского мира (и Европы - по Шопенгауэру) ознаменовала не Первая мировая. Гуссерль, Наторп, Зигварт, Ланге, Эрман, Хайдеггер, Мах - вот, кто «изгонял» из практики европейского мышления последние веяния Кантовского «Критического разума». Гуссерль докапывался: психологическое и абстрактное. Что заканчивается в человеке и имеет большее влияние на знание, а что «болтается» в абстрактной пустоте без человеческого воздействия? Откуда берется «бездомный пес» абсолютного?
Tags: Москва
Subscribe

  • Между прочим

    Знакомлюсь с цехами АО НПО «Каскад».

  • Между прочим

    Встреча с трудовым коллективом Чебоксарского хлебозавода №1.

  • Между прочим

    Встреча с коллективом Чебоксарского ликероводочного завода.

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments