?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Родители решают свои проблемы. Появится малыш, и уже мне гораздо тяжелее придется решать свои проблемы. Долбеж на пианино, сон по четыре часа в сутки и свечки под одеялом – роскошное выращивание эгоистического «я» в цветочном горшочке – осложнятся. На пианино нельзя, Миша спит. Выполнил программу и, довольный собою, улегся дрыхнуть свои четыре часа. Ан, нет! Вопит Миша. Ты не спал вовсе. И отец не поет. На работу уходит сонный. Обосранные и обоссанные пеленки для тебя, мыслителя и интеллектуала, никто не отменял. Стирать и сушить. Нужно уметь пеленать стервеца. Как запеленать младенца так, чтобы ручки у него были плотно прижаты к тельцу, но не слишком сильно. Мои друзья, Седик и Ларра, наблюдали, как укутываю брата в разные одеяла, чтобы пойти гулять. Как зимой, среди пеленок и толстого одеяла, сделать такую пещерку, чтобы Мише легко дышалось свежим воздухом.
Иванчика учить этому было не нужно. Он насобачился делать это с Володькой не хуже меня. В школе говорили злые девки: «Вон, Моляк, с младшим братом вышел гулять. С коляской, прямо как молодая мамаша. И эти, двое, с ним – Седик и Ларра».
Иногда колясок было две, а гуляющих шестеро. Был я с Мишей, Иванчик с Володькой и Седик с Лариным. Ходили по Винокурова – туда-сюда. На Мише опробовал способ усыплять младенцев. Например, мать выбьется из сил, а Миша продолжает орать. Не помогает ничего, даже наполненная молоком материнская грудь (всех нас мать вскормила собственным молоком). Мама прямо-таки швырнет младенца на кровать. Достанется и мне (в те первые месяцы Миши мне часто доставалось). Рука у мамы тяжелая. «Иди, - говорит, - занимайся с этим оралкой». На маму не обижался – дошла до ручки.
Миша хватался мной на руки, начиналась беготня по коридору. Шаги были большие, в момент тушения основных воплей совершались практически прыжки. На каждый прыжок следовало громкое шипение: «Шы-шы-шы, шы-шы-шы…» Руки, на которых лежал кричащий малыш, в такт прыжкам ходили взад-вперед. Получался шипящий челнок, несущийся по коридору. А в челноке – младенец. Был я тогда худой, но здоровый и ростом даже выше, чем сейчас. Миша, потом сыновья Вадим и Юра в итоге отрубались. Затихала и мама. Вырывала сна минут на сорок.
С животиком мама ходила незаметно. Не было восторга по поводу того, что вот, мол, я, беременная, скоро всех осчастливлю. Живот, так живот. Весьма большой, кстати. У женщины будет ребенок. А у кого он еще должен быть?
Чувство спавшего напряжения у отца было велико. После кризиса и беременности мамы в зале появился польский гарнитур. Точно такой же, как в квартире училки Нади Шевелевой (Барбары Брыльски) в рязановском фильме «С легким паром!». Он до сих пор стоит у мамы в Ленинграде.
Теперь у нас с Олегом были не диванчик и походно-полевая койка, а кушетки, на которых валялся пьяный Женя Лукашин, забредший в чужую квартиру.
С отцом ездил на склады. Выбирали мебель. Разумовы покупку одобрили. Нина Ивановна, в жестковато-всезнающей манере, говорила отцу: «Ну, теперь, Юра, тебе нужна не трехкомнатная, а четырехкомнатная квартира, как у нас». Подтверждалась истина, которую она знала - бессребреничество, музыка и книги – это, конечно, хорошо. Но заканчивается одним – большой квартирой и красивой мебелью. Позже папа купил румынский спальный гарнитур.
В «день румынского гврнитура мы с Андреем ходили в маленький кинозал, открывшийся в ДК «Химик». Там показывали фильмы, которые не шли на большом экране в кинотеатре «Заря». Андрюша был возбужден. Говорил, что такого классного фильма никогда не видел и пойдет на него во второй раз. Фильм оказался потрясающим. Это было «Старое ружье» с Филиппом Нуаре и Роми Шнайдер. С того дня Роми Шнайдер – моя любимая актриса.
Слова Нины Ивановны, что нам не хватает четырехкомнтной квартиры, вызвали протест, но слабый. Литавры торжествующего мещанства. Спорить бесполезно. Спор бессребренничества и сытой жизни вечен. Проблема выбора – и только. И твой выбор отнюдь не повод для торжества. Нина Ивановна человек жесткий. Я у нее кое-чему научился.
Через год мы уехали с Винокурова и поселились в доме-вставке на улице Гидростроителей. Квартира на третьем этаже и, действительно, четырехкомнатная. Дом проектировался под руководством отца. Он указал, где должны быть расположены балконы и комнаты. Хороша была кухня, наконец-то, большая. Под нами поселился Василий Иванович, начальник охраны «Химпрома». А сверху, на четвертом и пятом этажах, обосновалось начальство «Гэсстроя».
Новой квартирой отец отблагодарил мать за Мишу. Из Уральска были перевезены все Дмитриевы – бабуля, дедуля, мой любимый дядя Вадим, его жена Надя и их дети – Дима и Аня. С появлением бабули управляться с Мишей стало легче – подоспела неоценимая помощь. Мама вышла на работу.

Latest Month

October 2018
S M T W T F S
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
28293031   

Tags

Powered by LiveJournal.com
Designed by Lilia Ahner