i_molyakov (i_molyakov) wrote,
i_molyakov
i_molyakov

Питер. Декабрь-январь 2015-2016 года. 100

Не знаю, есть ли в Британском музее отделы кельтских древностей, включает ли в свои коллекции монголов, корейцев, византийцев. Греки и жители Междуречья там есть. Как и в Париже. А провинция Шампань эпохи дикости? Если только Возрождение и импрессионисты, то это не вполне музей. Хранилище мирового уровня вбирает в свои стены, по возможности, все земные уголки. Идут в Тибет исследователи. В холмах и на равнинах Средней Азии бредут путешественники с длиннохвостыми монгольскими лошадками. Полнота экспозиции - залог глубины мысленного и эмоционального постижения. «Турист» Ольденбург столько добра набрал, что хватило на несколько залов. Лестницы не только парадные. Есть рабочие - для караульных солдат, слуг, прачек. Сколько дров необходимо перетащить каждый день!
Спрашиваю, где ближайшая «черная» лестница на третий этаж. Поднимаюсь в анфиладу небольших зальцев, каждый из которых оформлен в стиле различных эпох. Классическая мебель. Неоклассическая. Стиль арт-нуво. Зал Росси. Зал мастера Гамбса. Средневековый зал.
Неожиданно оказываюсь в «тяжеловесном» помещении. Плотный коричневый цвет панелей укрывает с головой. Врастаю в стены. Движения замедляются. Поблескивают стеклом книжные шкафы. Стекла взяты крест-накрест рейками. Тяжелый стол, кресло. Темный паркет. Лестница на антресоли, где снова зеркальные шкафы. Кожаные корешки книг. Тысячи книг. Кабинет-библиотека Николая Второго. Будуар. Словно «проваливаюсь» в зал, набитый древнеяпонскими редкостями. Добираюсь до многочисленных фигурок нецке. Японцы - фанаты маленького. Есть государства, страдающие гигантизмом. А есть свихнувшиеся на мелочах - чайная церемония, садики камней, маленькие ножки, с детства зажатые колодками. Смешные домики из бумаги и фанеры, микроскопические сосенки и дубы. Маленькие острова. Народищу тьма. Страх перед цунами. Смешные они, японцы. Полагают: прикинутся маленькими, и судьба, сотрясающая землю, вздыбливающая волны-стены, не заметит, пощадит. Старцы со сморщенными личиками хохочут, из глубин своей малости, над людьми, затеявшими со стихией игры в поддавки. Кто только дал им сталь для изготовления броненосцев в первую Мировую или раньше - в русско-японскую? Кто натравил их во Вторую Мировую на американцев? Хороша роспись по шелку - богини с одутловатыми щеками.
За полукруглыми окнами стемнело. Густо-темная синь, в которой нервно вибрируют фонари и гирлянды на деревьях. Петропавловка «облита» желтым светом. Проносятся машины. На их «задницах» красные фонари, словно прокисшие черви.
Монголы. Надписи на тряпках, хитрые Будды - поголовно пузатые, с огромными мочками ушей. Вот - Индия. Слоны, обклеенные осколками стекла, блестящими красным, желтым, фиолетовым. На Руси фиолет не признавали: цвет Нечистого. Как можно смешивать алый и синий - цвета победы и смерти! У испанских классиков (Сурбаран) суровые священники в одеяниях, подбитых фиолетовой подкладкой. Кардинал Ришелье любил фиолетовый, на фиолетовой ленте носил бриллиантовый крест. Видно, в Индии деревья корявы. Мебель, из верченых-крученых кореньев, черная.
Пробегаю византийскую мозаику, спускаюсь к экспонатам восточного Причерноморья: осколки надгробий, боги с отколотыми носами, погребальные ларцы, деревянные саркофаги. Под лестницей - длинная древняя лодка. Выбили ее из цельного толстого ствола, обнаружили, когда обвалился крутой бережок кубанской речки.
Вот мощный хищник - то ли собака, то ли тигр. Пасть раззявлена. Чудище, на кривых ногах, словно хохочет в тусклом царстве саркофагов. От наконечников стрел, копий, изъеденных ржавчиной клинков пытаюсь вырваться к свету, на верхние этажи. Музей, словно испанский челнок, набитый золотом, тяжел. Медленно плывет по водам бытия, подгоняемый ветром истории. Заведений с таким «грузом» в мире один-два и - обчелся. Тяжко и мне. Ноги гудят. Держусь за перила, «выползаю» меж сахарно-белых колонн помещения, где Екатерина Вторая и Станислав Август. На польских, красного цвета, штандартах белый орел. Поляк увлекался итальянцем Белотто и, особенно, немцем Менгсом.
Надвигается неподъемное сооружение. Нечто пузатое, в завитушках, рококошное. Весит изделие, высотой метра в три, несколько тонн. Почерневшее серебро. Червленое золото. Гробница святого Александра Невского. Невского пригласили новгородцы. А спасшись от крестоносцев, укрепили Республику. Кровью русские князья залили торговый город. Спас же его русский князь Александр.
Tags: Питер
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments