?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Музей красив. Выкрашен в светло-зеленое, белое. В центре сооружения блестит (начистили, что ли?) цветок сложной конфигурации. Перед зданием сквер с малозначительными скульптурами. Памятник Нефедову недурен: тощая, жилистая фигура сельского мастерового (кузнеца или плотника), длинные, редкие волосы. Откинулся, словно вынюхивает что-то длинным, прямым носом. Просторная рубаха, хваткие руки. Могли бы сделать входной билет поярче. А тут на маленьком клочке бумажки ключевое творение мастера - Моисей.
В экспозиции не только скульптуры. Крепкие полотна современника Нефедова, художника Сычкова. Тоже из местных. Заранее предвидел: Нефедов пытался писать маслом портреты. Оказался прав. Микеланджело уловил единство художественного материала, что сделал возможным превратить скульптуру в живопись, но и живопись привести к скульптуре. Адам из Сикстинской Капеллы - чем не Давид! Использование архитектурной перспективы. На севере Италии (в Милане), в пятнадцатом веке, творили мастера, которые напрямую использовали элементы средневековой архитектуры. Стремились угодить заказчику. Боттичелли создал образ красавца Лоренцо Медичи, хотя богатей был не красавец.
Дело сделано: не Господь подавляет Адама взглядом, а чистый, голенький, скульптурно прекрасный Адам вперился взглядом в Яхве (церковники тряпочками пытались прикрыть мужское достоинство Адама). Мрамор. Роспись по штукатурке. Темпера. В конце жизни живописал Буонарроти на досках и маслом («Мадонна Дони»). До холста не добрался. Добрался Леонардо. Противоречия неповторимости каждого и его же смертность отработаны по полной программе, а краски и холст в надежных помощниках.
Нефедов полностью погрузился в атмосферу европейских культурных противоречий: постичь макрокосмос можно, лишь отталкиваясь от бесконечности космоса внутреннего. Великая загадка: как мосластый мордовский юноша, стругавший в Алатыре мебель и малевавший иконы (одну из них, переданную сестрой, отреставрировали), сумел «влететь» в серьезнейшую проблему человеческого существования?
Бродячие российские мастеровые. Артельщики. Можно - от села к селу. Можно - от континента до континента (из Парижа в Буэнос-Айрес). Как попал в Московское училище живописи, ваяния и зодчества - тайна. Отучился прекрасно. Послан в Европу для завершения образования. Там и остался. И - Аргентина на долгие годы. Дерево удивительной твердости. Был мрамор, бетон, железо, но, прежде всего, кебраччо.
Первый этаж - ослепительно белый, холодный. Черный рояль в углу. Лестница на второй этаж. Как в хирургическом отделении. Справедливо: здесь, в ослепительной чистоте, продолжается жизнь великих произведений (творец давно, в пятьдесят девятом, скончался). А «расчленение на атомы» продолжается. 10-20-е годы - время Шпенглера («Закат Европы»). Нефедов: «Пусть Европа катится, куда предначертано. Будем заниматься не «закатами», а «рассветами» мира. Из Аргентины «рассвет» почувствовать можно лучше».
Мастер изобразил себя на холстах несколько раз. Изображения слабенькие: не живописец. Рисовал какую-то женщину, ее сына. Акт высшей признательности - посмертный слепок с рук Нефедова. Делал Коненков. Всю жизнь тяжело работал автор Моисея.
На стенах - плазменные телевизоры. Редкие киносъемки живого скульптора. Неоформленный кусище дерева. Мордовский ваятель соскребает микроскопическую стружку с неподдающейся древесины. Усилия неимоверные, руки должны быть, как корни, узловатые, огромные, а они - вот - пальцы тонкие, нежные.
Скульптор почитает женщин. Они у него всякие - мордовки, русские, аргентинки, боливийки, испанки, француженки. Обнаженная натура - мраморная, тяжеловесная. Но, в основном, бюсты. Образы, извлеченные художником из диковинных древесных пород.

Latest Month

January 2018
S M T W T F S
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
28293031   

Tags

Powered by LiveJournal.com
Designed by Lilia Ahner