i_molyakov (i_molyakov) wrote,
i_molyakov
i_molyakov

Москва. 20-22 декабря 2015 года. 12

Старую площадь надо найти. Небо покрылось серыми обрывками туч. Небесная игра: солнышко лениво брызнуло холодными лучами на мокрую мостовую, на стены. Стало видно - на бордюрах проступил иней. Черные губы умирающего и загустевшая бледная слюна. Только подумал: «Лучше бы солнце не показывало эту мерзость», - пожалуйста, обрывок тучи, как клок ваты, заткнул малиновую реку солнца.
Дорога полностью в распоряжении пешеходов. Странный толстячок (пузо, еле прикрытое майкой, розовая кожа, да еще тесная курточка на меху с потертым воротником) шлепает разбитыми кроссовками по тротуару. Глаза от рождения разведены в стороны. Жадно лижет мороженое в вафельной трубочке, и по руке стекает оттаявшее молоко. Засос мягкой массы пломбира происходит со свистом.
Спешат девчушки: горбатенькие, тонконогие, но с гонором и жадно курят. Но вот, один за другим к массивному серому зданию спешат одинаково одетые клерки: черный головной убор, черный плащ-пальто, темные брюки, ботинки из тонкой кожи. Чиновники минуют шлагбаум, скрываются за тяжелыми дверями с медными ручками. Стекла на дверях толсты, чисто вымыты, задернуты шторками. Шуршат шинами авто - «БМВ», «Мерседесы». Оттуда шустро выпрыгивают темные шляпы, блестящие лысины.
У дороги, тянущейся вдоль подъездных бордюрчиков, - будки охранников. Меня не останавливают, иду вдоль серого сооружения. Доска у входа: «Администрация Президента Российской Федерации» и таблички с номерами дверей. Мрачновато. Тучи окончательно укутали голубевший небосвод. Подул ветер. Наискосок полетели крупные снежинки. На противоположном конце здания снова будка охранника, шлагбаум.
«Здесь сидит Сергей Иванов», - думаю я. Мощно. Фасад давит. Лабиринты - сооружения за фронтальным сталинским домом. Дума, в сравнении с этим «Кносским дворцом», не впечатляет. Спрашиваю у «нижнего» постового, где Китайгородский проезд. Сторожевой приветлив, указывает: «Да вот же он».
Обломок стены Китай-города. Она - грязная, несвежая. Поток машин несется, подобно стаду носорогов, которые, спасаясь от паразитов, извалялись в грязи. Еще один мрачный дом. У дверей - мелкие таблички. Контора, нужная мне, на двенадцатом этаже. Стоит женщина, курит. Старый дядька-вахтер. Меня встретили. Тесный лифт. Дверь с электронным звонком, коридор, необязательные картинки с малозначащими пейзажами. Приемная. Полукруглая стойка. За ней - знакомые девушки (знаю их почти десять лет). Д.З. на работе. Позвали. До странности пустой кабинет. Слева стена выпирает углом. Рабочий стол в нише. Несут кофе, горячий. Толстые конфеты. Жадно ем шоколад, пью, обжигаясь. Д.З. спрашивает: «Как дела?» Пашешь в день часов по 12-14, а сказать нечего. Декабрьское небо льет в окна скучный свет. Из этого селя трудно выхватить блестяшки под названием «дело». Придумываешь, словно нищий во время отлива, собираешь подыхающих рыбешек. Не «дела» - «делишки». Но вот - крупная рыба показывается: «Ах, да, - спохватываюсь, - а того-то, помнишь, уговорили. Долго ломался, опасен был…». Д.З.: «Угу, ну, и?».
В кабинете холодно. Незаметно входит старый, лысый. Д.З. что-то складывает в мешки: «Ну, так я в Алма-Ату, потом Бишкек», - это плешивый. Д.З.: «Давай, командировочные, билеты - куплены». Гладкоголовый удаляется, нагруженный пакетами, содержимое которых формировал Д.З.: «Давай, допивай. Едем, - бодро произносит хозяин, поднимаясь из-за стола. - Нехорошо опаздывать».
У подъезда черный «Мерс». Проносимся мимо церковок, рядом с пустырем, что остался после разрушения гостиницы «Россия». Водитель молчалив. Звонок на сотовый. Чебоксары, в трубке Лысый. Рассказывает, что и кто своровал. По набережной, вдоль кремлевской стены, к Пашкову дому, на Ордынке. Сделали крюк, выехали на Пушкинскую площадь. Тверская, подворотня, вылезаем возле десятого подъезда. Пропуск заказан. В фойе Д.З. не задержался: дела, пообещал быть к началу мероприятия. Поднялся на третий этаж (малый зал), мимо герба и растительности. Толпятся. Мою фамилию в списке находят сразу. Желтые пакеты, блокноты, ручки, сопутствующие материалы. В малом зале амфитеатр, из мягких кресел песочного цвета, убегающих вверх. По полу вьются провода, установлены телекамеры. Лидер - широкий, седой - объявляет семинар открытым. Появился Д.З.. Находятся резкие ораторы (я не был в ударе, мямлил), прерывающие мирное прохождение встречи. Всклокоченный дед ближе к концу получил трибуну: «Нет гения, подобного Ленину. Не Сталина, а Ленина сюда бы. Такой мозг! Ленин и разобрался бы».
Tags: Москва
Subscribe

  • Мелочь, но приятно

    С Главой Цивильского района Сергеем Беккером на дне Цивильского землячества, состоявшегося в Театре оперы и балета.

  • Мелочь, но приятно

    Участвовал в открытии Чемпионата Европы по футболу тотально слепых спортсменов. «Звучащие» мячи для слепых игроков в России не производятся, а…

  • Мелочь, но приятно

    Выставка №6.

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments