i_molyakov (i_molyakov) wrote,
i_molyakov
i_molyakov

Заметки на ходу (часть 257)

Увеличения внутреннего пространства были выражением суперэгоизма. Главное и ценное – то, чем ты владеешь. И это не 30 соток земли, не гектар и даже не целая страна. Не миллионы денег. Не эти вещи главное богатство. Главное богатство – это то, что ты можешь унести с собой. А когда в душе у тебя распахивается бесконечность, и ты с этой бесконечностью всегда – вот где корень свободы и самого главного богатства. У все понявшего человека, к этому простору и свободе – истинная жадность. Пусть у человека нет золота, пусть он оборванец, пусть он узник самой страшной тюрьмы, но неся в себе дыхание бесконечного космоса, он сказочно богат. Ну и, конечно, суперэгоистичен.
Тот же Перельман. Плевать хотел на премии и внешний почет. Ему хорошо и с самим собой, и с бесконечным миром, который в нем живет и, через Перельмана, существует.
А вот физик и якобы коммунист Жорес Алферов внимание окружающих любит. Старенький стал. Ослаб. Вот людское-то и одолело.
Что думал в Вилюйске Чернышевский? Десятилетиями тянулась северная ссылка. В Вилюйске жили так называемые «простые», люди. Тоже десятилетиями. У меня такое впечатление, будто к концу своего срока Чернышевский не очень и хотел возвращаться на большую землю, в Саратов. И из «Капитала» Маркса, из страничек этой великой книги, он делал бумажные кораблики и пускал их по реке не оттого, что не понял, что писал лохматый Карл. Может, понял главное: «Капитал» настолько хорош (одно из лучших творений человеческого ума), что закрадывается мысль: поле великой книги было полем великого уединения Маркса. Чем мощней разворачивалась от главы к главе, десятилетие за десятилетием полотно текста, тем меньше и сам Маркс хотел вернуться с этих бескрайних полей мыслей в мир людей – к разной мелкоте, к дюрингам, к международному пролетариату, с его суетливыми и ушлыми активистами. Что ему Готская программа! Что ему Манифест! Он был там, где не был никто. И там ему было чудесно. Фиг бы он писал «Капитал» несколько десятилетий, если б не было ему привольно так, что обо всем забываешь.
Хитрый Энгельс! Знал, что другу хорошо. Знал, что он-то, при всех прочих, не гений. Но талантлив был чутьем. Ведал, что рядом, как бы прямо в бурной натуре Карла – дверь, а за этой дверью – рай: тяжелый, посюсторонний, человеческий, но настоящий рай, царство вечной и безграничной свободы. Оттуда, из этой диковинной «двери», шло тепло, и струился свет. Вот Фридрих и грелся рядышком, на приступочке.
Что, лохматый Карл, десятилетиями пробираясь к истине, шибко думал о своей Женни фон Вестфален, о дочерях? Видно, о них больше заботился друг Энгельс. Все деньги слал и вино. Мол, не мешайте Карлу. Он занят. Он прет к истине. Но при этом самого перло. Перло, как от чистейшего кокаина.
Та же история и с Толстым. Гулял дворянин. Но вдруг открылось: богатство-то в другом. Настоящее. Мужикам, Карлу и Льву, с бабами повезло. Они кайфовали истинным кайфом, да еще и бабы их облизывали.
Чернышевский, видимо, про Марксов кайф все понял. Подумал: «Чего это он там, в Лондоне, гуляет свободно, а я здесь, в Сибири, парюсь? Книжка-то хорошая. Парень, чувствуется, от души погулял. Много истины захапал, а я-то почему должен кайфовать от того, что еврей этот лондонский кайфовал? Пошел он на хрен!» – и пустил «Капитал» на бумажные кораблики.
Вот Павлу Филонову не повезло. Но он, впрочем, этого и не заметил. Судя по его изощренным, чудовищного труда, картинам погулял парень по полям свободы от души. Забывал про все на свете. И работал. Да не работал он, а, работая, наслаждался истинной свободой. В красноармейской косоворотке и комиссарских штанах. Но, для суперэгоизма, не хватало ему преданной и смотрящей в рот жены. Зато была сестра.
У Блока никого не было. Толстая Люба Менделеева стала добычей другого сладострастника воли и сладкоежки свободы мира – господина Бугаева.
Не повезло и Игорю Северянину. В тухлой Эстонии. Приятное дополнение для всемирного путешественника – жена или дети, над которыми можно всласть поиздеваться. Они же будут только молитвенно шептать: «Тише! Тише! Как страдает творец! Как мы любим нашего светлого мастера!»
Дать бы этому мастеру хорошего пинка, чтоб чуть-чуть очухался. Но нет. Суперэгоизм подобного, изысканного свойства, тут же, в некоторых окружающих, рождает бурные волны мазохизма. Прямо-таки очередь (особенно из женщин) возле творца и умника, дайте только вокруг этой наслаждающейся по-крупному сволочи расположиться и получить от жадюги свою порцию издевательств и оплеух. Если б дамочку мужик лупил, простой, без сложностей, о, сколько визгу поднялось бы. Грубияна-мужика давно закопали бы. Бабы закопали бы и тихого мужичонку. Скромного прораба или бухгалтера. Закопали бы за то, что он, сволочь, им не дает надежды. В нем даже намека нет на способность к путешествию в великом. А бабам хочется быть рядом с великой свободой и истинной роскошью. Что интересно – не самой обрести свободу, а быть рядом с тем, кто свободен. Тут уж они – хоть куда. За такого деятеля хоть в огонь, хоть в воду.
Интересные, умные женщины откопают какого-то пьянчугу, какого-то якобы великого, но непризнанного поэта, мелочь пузатую, заведующую в паршивом журнальчике отделом литературной критики, и решительно под них ложатся. И лежат. Пьяная сволочь куражится. Валяется в лужах – но женщины туда же, в эту грязь. Или найдут художника-абстракциониста. Художник добр, но пьет, как сапожник. Потом от пьянки умирает, а дура остается детей художника лелеять, холить и сладко кайфовать оттого, что жизнь прошла рядом с великим мастером.
Александр Грин пил, пил, да и умер от высоких, практически невыносимых страданий. Жена же была рядом, весь этот маразм терпела, потом еще и счастлива была.
Tags: Заметки на ходу
Subscribe

  • Питер. 2 - 7 мая 2017. 104

    Распрощались с матерью. У В. - рюкзак. В него сложили еду, бутылки с квасом. Себе оставил рюкзак пустой, легкий. В. никогда не возмущается подобным.…

  • Питер. 2 - 7 мая 2017. 103

    Снились люди. Крым, Сочи - неясно. Просто пальмы, стрекочут цикады. Жарко. Вечереет. Окружили меня. Небольшую толпу возглавляет крикливая тетка в…

  • Питер. 2 - 7 мая 2017. 102

    У станции «Петроградская» легкое столпотворение. Хотя половина одиннадцатого вечера. Впечатление: вываливаются из Супермаркета, расположенного на…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment