i_molyakov (i_molyakov) wrote,
i_molyakov
i_molyakov

Москва. 24-28 октября 2015 года. 7

Пошел на проблеск пруда. Чем ближе к воде, тем больше опавших листьев. Земля не так тянет листву. Вода - тяжелая, притяжение больше, и на воду летят листочки над свинцовыми волнами, недолго плавают на поверхности. Асфальтовые дорожки дополняются оригинальными тротуарчиками, сложенными из брусков плотного дерева - но точно не из сосны. Может, из дуба.
Взошел на такую дровяничку. Если асфальт пожирает, всасывает в себя силу удара ноги, то жердочки удар отталкивают, пружинят, даже уставшей ноге становится легче. Все из дерева, оригинально, но не вычурно: лавочки, перила, снабженные толстыми канатами, долговязые беседки. Внизу низенькие шестиугольные сиденья. Вверх, словно лучи, устремляются соединенные попарно доски. На них покоится плоский купол из какого-то легкого дерева (вот здесь возможны сосна или ель). В специальную обойму вставлены стволы растущих на Воробьевых горах деревьев - дуб, ель, сосна, ясень, липа, ива, осина. Осина - странная, тяжелая. Не зря колья для вурдалаков выстругивают из осины. Осиновый кол - речевая конструкция не менее сильная, чем черный гроб.
Засосало под ложечкой после разглядывания осинового обрубка. Сел в беседку недалеко от пруда. Ноги благодарно загудели: ведь хожу долго. Из пакета достаю половину булки с маслом, мясом в середке. Наливаю в целлофановый стаканчик квас. Впиваюсь зубами в мягкий, холодный бок, вырываю куски булки, с наслаждением жую. Чуть кваску. Снова лохмачу белый хлеб, ароматное мясо. И снова квасок.
Запрокидываю голову вверх. Желтые кроны. Сонное, серое небо. Два кленовых листа одновременно летят с вершины, кружатся. Один лист хорош: большой, забирает широченные круги, ложится на носок ботинка. Не стряхиваю, а чувствую себя, как пруд, расстилающийся передо мной. Табличка: на лед не выходить. Ничего не сказано про купание. Вода зеленая, грязная, муть водоема спокойна. Плывут две утки, и вся поверхность воды - в листьях. Пруд же терпит. И мне не грех потерпеть шустрый листик на кончике ботинка.
К концу куска оставшиеся половинки булки разъезжаются в разные стороны. Мяско, как высунутый красный язык изо рта. Лезет с боков масло, растаявшим мороженым. Проглатываю весь сюрреализм в стиле Дали. Квас. Оставляю еще на одни посиделки. Снимаю лист с ботинка. Он в жестких прожилках, влажный. Вытираю им масляные пальцы. Выбрасываю в пустую урну, туда же отправляю стаканчик.
В середину пруда выведена деревянная эстрада. Круглая, и круг представляет спираль. Идешь по круглой сцене и незаметно попадаешь на возвышение. Сытость. Хочется что-то сделать отдохнувшими ногами. Грузный, пытаюсь выбить чечетку. Ничего не выходит. Ноги путаются, лишь гулкое эхо скачет между мокрыми стволами.
Вокруг пешеходной дорожки - ямы, круглые, аккуратные. Рядом - молодая ольха с зеленоватым стволом. Корни с землей обхвачены мешковиной. Весь ряд лежащих деревьев отгорожен целлофановой лентой: белое с красным. Таблица: животные парка. Все мелочь. Мыши да кроты. Лягушки и ужи. Тут же птицы. Запомнилась пустельга-хищница.
Спускаюсь ниже пруда. Детская площадка и великолепно отреставрированный родник двух мальчиков, что чуть выше давали клятву. Струя небольшая, но упругая, энергичная. Снял кепку. Умылся. Лицо будто распахнулось. И глаза стали больше. Все ниже спускаюсь. Скоро и река. Последний высокий уступ. Там несколько гнилых стволов под палой листвой. Наступил покой, а дерево превратилось в прах. Широкой дорогой спустился на набережную. В отдалении метромост, мутные очертания зданий, растворяющиеся в серых облаках. Небо тяжелое, низкое. Широкая река загипнотизирована небом, застыла, не шелохнется. Такого покоя огромных количеств воды не видел много лет. Только ради этого серого зеркала стоило приезжать в столицу. Подхожу к краю бетонного берега. Мути нет. Холод обеспечивает чистоту. На дне песок, камни, железные палки. Позванивая, проезжают велосипедисты. Пробегает утренняя девушка в кроссовках и розовой шапочке. Передо мной, в утренней дымке, грандиозный диск футбольного стадиона. Иду влево. Белое здание, посадочная площадка на канатную дорогу. В углу старое пианино, разрисованное яркими розами, зеленый стул с торчащей ватой. Сажусь, ноги кладу на клавиатуру, разбитую, в гвоздях. Смотрю на стадион. Это лучше счастья. Это покой одиночества. Сытно. Тепло. Задремываю.
Tags: Москва
Subscribe

  • Не ко времени. 34

    Массированная атака на ковид результата не приносила. Врачи-космонавты делиться со мной информацией не спешили. Уловил: при поступлении в шестой…

  • Не ко времени. 33

    Не помню точно, сколько дней «бултыхался» между температурными границами. Мне понравилось. Вечером, перед сном, - под сорок. С утра голова в легком…

  • Не ко времени. 32

    Корпус, запрятанный глубоко в лесу, большой. Хотел вылезти из машины, идти внутрь на своих двоих. Но меня уже ждали две медсестры, плотно укутанные в…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments