i_molyakov (i_molyakov) wrote,
i_molyakov
i_molyakov

Крым. 2015. 130

Церковь маленькая, полуразрушенная. Но деление на три части присутствует. Алтарная часть полукруглая. Камни старые, черные, как в крепостной стене, на вершине. Здание возводили в YII-YIII веках. На восточной оконечности Европы резвились скифы с сарматами, о христианстве слышали, но пребывали в грехе язычества. В Крым бежали греки из Византии. Конфликт - быть или не быть иконам в христианских храмах. На Аю-Даге и у подножия расселились те, кто был за иконы. Шли от истоков: Христос - Бог, ставший человеком (оригинально и смело, хотя у греков присутствовали полубоги-полулюди). Дева Мария - земная женщина, родившая Бога (соединение материнства и девства - совсем уж необычно).
Проблема - как изображать Христа. С языческих времен повелось: голый ребенок - символ души умершего. Если рисовать Христа в виде взрослого, только маленького, дядьки - будет прилично, но неестественно. Лучше не рисовать вовсе. Почитатели же икон подбирались к крамоле - пусть на коленях у Богоматери сидит одетый дяденька, с нее не убудет. У дяденьки-Христа красный хитон, синий плащ. У Марии, наоборот, темно-синее платье и вишневый мафорий. У иконописцев возникал соблазн: Иисуса изображать обыкновенным голеньким малышом.
Город наук Александрия ввел в культурную практику изображение голеньких карапузов. Оттуда эталон «мальчик, борющийся с гусем» (II век н.э.). Мальчика прозвали Боэтом Колхидонским. Отсюда амурчики да купидончики. А к IX веку нашей эры появились на иконах «клейма» - маленькие картинки вокруг икон, где проскальзывали бытовые темы. В средние века изображениями пухлых малышей не баловались (детства - не было, в 4-5 лет ребенок начинал трудиться, учение - грех и соблазн, а одежда у них такая же, как у взрослых). Но с XY века пошло без удержу. Христос являлся на картинах милым кудрявым мальчишкой («Мадонна Бенуа» Леонардо).
Уже не стеснялись неканонических Евангелий. История введения в храм Богородицы - в апокрифах. Евангелие от Иакова: в три года Марию привели в Иерусалимский храм. Воспитывал ее Захария, первосвященник, до 9 лет. В 13 лет обручили с Иосифом. Псевдо Матвей рассказывает, что когда малышку привели к храму родители - Анна и Иоаким, то она сама взбежала по крутым ступеням, а на них даже не посмотрела.
Мельтешение выдумок прикрывало принципиальное: с фантазиями про введение Марии в храм определилась резкая черта между Ветхим и Новым Заветом. Дело непростое, много побочной литературы и откровенных басен. Храм на Аю-Даге каждым камушком впитал давние споры. Под многовековой историей противоречий обрушились его стены, прячется он среди кустарника, что раскинулся ниже тропы. Захожу в то, что осталось от дверей. Стены устелены иконками разного размера, возраста, сохранности. Бумажные, до белизны выцветшие - святые испарились, оставив лишь легкие следы. В деревянных рамках. Есть медные оклады. Ближе к алтарю - все плотнее разноцветье икон, крестов, подставок с выгоревшими свечками. В алтаре - каменная плита. На ней - металлический литой крест, покрытый узорами. Христос в этих узорах, как щепка в бурных водных потоках.
Распятие понравилось. Вспомнилось, что в Риме, в храме, соблазнил меня костяной крест с распятием. На Медведь-горе приглянулся крест металлический. Хочу снять, прикидываю - унесу ли. Пол чист и аккуратно подметен. Камней на полу нет. Выковыриваю большой булыжник из земли, начинаю бить по кресту: может, собью. Позже за этот проступок был наказан, а сбить ритуальный предмет не удалось.
Выше креста - квадратное окошко, наполовину обрушенное. Через него виднеются грозовые облака, они, наконец, пододвинулись к горе. Ударила молния, прогремел гром. В оконном проеме сидит изумрудная ящерица. Она гораздо древнее Девы Марии и выдумок о ее непорочности. Небольшой камушек изнутри церкви - взял.
Тропинка превратилась в дорогу с крутыми зигзагами. Когда обнаружил канаву для улавливания потоков воды, а потом и покореженную ливневку, решил идти назад, на вершину. Было ясно, откуда будем спускаться с И.
Tags: Крым
Subscribe

  • Заметки на ходу (часть 481)

    От Кремля выдвинулись к Новодевичьему монастырю. Куда-то вбок уходили мысли. Вылезали эмоции. В душе огромное «чувствилище». Оно утробно, сытно…

  • Заметки на ходу (часть 480)

    Когда отца пронзила невыносимая сердечная боль, матери рядом не оказалось. Если бы была рядом – отец бы выжил. Пока шли к больнице – солнце воли…

  • Заметки на ходу (часть 479)

    К девяносто первому году все было – родители, огромная и очень добрая любовь, рождение детей, хорошие учителя, какие-никакие любовницы, Москва,…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments