i_molyakov (i_molyakov) wrote,
i_molyakov
i_molyakov

Крым. 2015. 115

В парке Воронцовского дворца тоже лестницы. Так же круты, извилисты, как и в доме отдыха «Айвазовский». Но сказано: любое искусство потрясает, когда оно больше самого себя. Необычна самая простая вещь, если ей, хотя бы, пятьдесят лет. Коллекционеры ценят вот это: «больше самого себя». Природа не может быть древней или молодой, но, смилостивившись над человеческой слабостью, дает каждому рукотворному явлению возможность «быть больше». Милость к человеческой слабости называется временем, и оттого время - не абсолютно. Человека от животного отличает не способность абстрактно мыслить, а умение улавливать в вещах, словах, поступках «большее них самих». Способность трудная, но приятная. Человек подсаживается на нее, как алкаш, и опьянение  способностью видеть то, что за гранью сознательно усиливает. Здесь отправная  точка любого искусства, ремесла, восприятия. Как высокопарны творцы! Ведь они - хозяева времени. Память о большинстве людей, сумевших перескочить «за грань», стирается. Потребность оставить след в веках дает толчок возникновению языка. Он - вещь знаковая. Не случайно в день Великой Победы советские воины оставляли надписи на стенах поверженного рейхстага. Картина, скульптура, здание, стихотворение, только что созданные, лишены этого драгоценного «налета времени».  В «Айвазовском» парке ландшафтный дизайнер обладал способностью его создать. Он чувствовал «флер» времени.
Темная громадина Аю-Дага требует этого. Рядом с такой мощью неприемлемо легкомыслие. Никакого пластика и целлофана, прессованной стружки и пенобетона. Окружающее требует: мрамор, гранит, платан, кедр, пиния. Постарались. Но недостарались. На каждой лестничной площадке - изюминка: бронзовые чаши, в которые смотрятся крылатые младенцы, уличные подсвечники, мраморные лавочки: «А вот это приобретено недавно, - рассказывает экскурсовод, - древний колодец. Полагают - первые века нашей эры». Мрамор истерт, изношены каменные опоры. На них - чугунные шкивы, просунутые в отверстия, убранные дубовыми втулками. Рукоятка. Веревки с ведром нет. Кручу ручку ради интереса. Все обманчиво – колодезного отверстия, уходящего вглубь, нет. Напротив водоем. Мелкий бассейн продолговат, окружен светлыми мраморными колоннами. В самом низу лестницы широкая овальная площадка. В центре старый медный светильник-столб. Если предположить, что в чаше горело масло, то может сложиться впечатление - маяк. Площадь бетонная, камень на ней пока не уложен. Однако белые перила уже выставлены. Вид на море вольный, приятный. У края, ближе к лавровому дереву, сооружен памятник Раевскому.
Широкая дорога плавно спускается вниз и бежит мимо двух вздыбленных позолоченных коней. Какой-то скульптор из Италии подарил. В Эрмитаже, в Питере, также есть подарки (Лиз Буржуа). Никто не покупает. Но можно подарить золотых толстеньких лошадей на долгую добрую память. Здесь, в густых зарослях, лошадки будут набирать драгоценный «жирок» времени.
То тут, то там - выбеленные, словно из мела, скульптуры фантастических существ - кентавры с голыми нимфами, рогатые мужчины на козлиных ногах с красотками - хватаются друг за друга, руками ищут соблазнительные места. Земля, на которой высажены цветы - бордовые, белые, желтые, оглушительно пахучие, - красная, в мелких серых камушках. Обилие пальм, и не ощипанных, как в Алупке, а со стволами, похожими на пупырчатые ананасы. Щедро присутствует агава - много текилы получилось бы.
За ограждением - голубое дерево, похожее на иву плакучую, только вместе узких листьев - хвоя небесного цвета, мелкая, густая, как мех: «Плакучий кедр, а дальше - пьяные сосны», - оповещает провожатая. Песок от  пьяных сосен круто взбегает по склону, а между соснами - каменные лесенки. Все так соблазнительно, так бы и ходил вверх-вниз среди опавшей хвои.
Потянулись корпуса в стиле шестидесятых - прямые, с ячейками лоджий. Чистенькие, свежевыкрашенные. Вокруг - ландшафтные изыски. Большой грот-сцена, украшенный живыми цветами, тянущимися к солнцу с небольших площадок, образованных неровными ноздреватыми  камнями. Большое озеро в белом камне. Водоем образует мягкий овал. Венчает его высокая беседка, в которой устроена статуя молодой женщины в тунике. В имени ее нечто мурлыкающее. Она - покровительница тайн и вздохов.
Ходил вокруг. Ни разу не вздохнул. А тайны давно из себя не представляю. На душе хорошо. Кинул в пруд камешек, сорвал фиолетовый цветок и пошел догонять И.. У нее в волосах был желтый цветочек, да она его потеряла. Новый ей очень к лицу.
Tags: Крым
Subscribe

  • Между прочим

    На улицах садово-огородного товарищества «Майский».

  • Между прочим

    Встреча с членами СНТ «Майский», «Пчелка», «Солнечный». Места там удивительно красивые, дубовая роща, рядом знаменитый на весь Чапаевский поселок…

  • Между прочим

    Сейчас стало трудно вырываться из Москвы в родную Чувашию. Использую каждый подвернувшийся момент. Вот и сейчас довожу до сведения жителей Чувашии…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments