i_molyakov (i_molyakov) wrote,
i_molyakov
i_molyakov

Крым. 2015. 85

Врач скорой - молодой, но малоподвижный. Подъехала «Газель» с красным крестом, выскочил фельдшер. Тут я, тут пожилой спутник упавшей. Шофер за рулем. Правильно: дорога узкая, круто бежит вниз, возьмет машина - и покатится. Карета скорой помощи подобралась к лежащей женщине задними дверками. Фельдшер тащит носилки с колесиками. Ее встряхнешь - расправляется металлическая рамка, а внизу колесики. Поставили носилки, взяли страдалицу за руки и за неповрежденную ногу, а она орет. Врач - тощий, длинный, с лошадиным лицом - не подходит, дает советы с расстояния. Женщина кричит, причитает, а он: «Тело не перегибайте. Вдруг позвоночник поврежден». И взгляд - холодный, с интересом, будто у доктора Менгеле: если глаз вырезать вживую, то сколько можно хранить его и в какой среде? Огромные очки, толстая оправа и стекла, как линзы. От этого глаза - кошмарны, увеличенные в пол-лица. Заходим по-другому: одна нога на брезент, вторая (та, что подломилась) - туда же, и снова крики несчастной.

Собирается толпа: «Мужики, помогите! - взывает фельдшер. - Нельзя ее в поясе прогибать». Человек пять мужчин - берем так, что поднимаем тетушку, не прогибая. Белый брезент носилок. Вывалилась железная рамка с колесиками. Подкатываем к распахнутым дверям, а они, из-за круто задранной дороги, подняты над поверхностью высоко. Приподнимаем тележку, заталкиваем внутрь (при этом колесики на рамке с лязгом убираются под брюхо носилок).

Врач неожиданно срывается с места, жестикулирует. Лицо становится осмысленным, идет «лепка» участливо-сочувственного выражения. Дядя в шортах плачет. Слезы обильно текут по щекам, укрытым щеголеватой седой щетиной. Тяжело залезает в боковую дверь. Машина «отчаливает».

На автобусе выбираемся из ущелья. На трассе дожидаемся троллейбуса. Старых, пятидесятилетних, электротележек из Чехословакии (рейс: Симферополь - Ялта) почти не осталось. С возвращением на полуостров России по трассе забегали усатые электромашины отечественного производства. Едем в свеженьком, пахнущем новизной, транспорте. Дорога занимает всего минут двадцать. Водитель, хмуро: «Массандра». Только что в открытые окна влетал ветерок, но троллейбус уехал, а мы остались в пекле, наполненном стрекотанием кузнечиков. Дорога к дворцу круто забирает вверх. Обочина, заросшая карагачем скала, а на самом верху - черный чугунный орел распахнул крылья. Трасса не разбита, и с небольшого пятачка вверх отправляются открытые электротележки. С нами до пункта отправления парковых электромобилей добирается группа людей. Садятся в электрокары, едут бесшумно на маленьких колесиках за поворот. Один водитель остался. Говорит нам: «Садитесь, поехали. Дорога очень крутая, идти далеко. Парк и дворец - почти четыреста метров над морем».   И.: «Ну, поедем?» Я: «Нет». А сам думаю о переломанной толстушке. Муторно! Настроение нужно менять действием. Вот пройдемся - и полегчает.

Есть ощущение - ждешь чуда. Такого, что раньше не являлось. Каравакк обнаженную, пышнотелую матрону изобразил. Лицо - императрицы Елизаветы Петровны. XYIII век. Кто-то обиделся? Настучал? Не было такого. Елизавета видела, не обиделась: «Хорошо написано», - сказала. Тогда искусство было высоким, и от серой жизни «поднимало». Живопись. Абсолютный разрыв идеального и земного. В XIX веке голая императрица невозможна. Жизнь «врубилась» в «высокое». Стали «ломаться» гармонии изображения и звучания. Все шло к Стравинскому (через Скрябина), к Кандинскому (через Серова). Если изображаешь обнаженную - страшно. Императрица обидится. Император будет недоволен. Мария Федоровна (замечательная женщина) - возможно ли? Что скажет всемогущий Александр III? Диктат общественных приличий. А за вторым этапом отношения искусства к жизни - третий. Тут - жизнь главенствует. От изображения голых не стыдно. А хорошо вырваться в первый период! И происходит это во дворцах и парках.

Tags: Крым
Subscribe

  • Заметки на ходу (часть 461)

    Наоборот – дождь, слякоть и хмурь. Внутри от этого – засечка: радость и благодать. Снова человек думает впустую – отчего так. Оттого трудна…

  • Заметки на ходу (часть 460)

    В Москве генералы долбят стены. А долбит кто? Наши, из Чувашии. Оклеивают обоями с позолотой. Ремонт каждой квартиры должен делаться с согласия ЖКХ.…

  • Заметки на ходу (часть 459)

    Так же и с властью. Она, власть, после жизни самой по себе, жуткая приятность. Но - все вранье в человеческой жизни. Изначально – смерть. Потом…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments